Книга Очень плохие вдовы, страница 123 – Сью Хинсенбергс

— Ну что, Падди, – он потер руки, – слышал, ты у нас малость деньжат потеряла…

— Что?! Нет, я… – начала она, но Надир прервал ее, подняв ладонь.

— Понял, куколка.

Он расплылся в широкой улыбке, продемонстрировав при этом нехватку зубов с обеих сторон. Его взгляд скользнул по ложбинке между грудями, и Падма инстинктивно поправила платье у шеи. Его взгляд плавно переместился к ее ногам.

— О, каблучки… Миленько. – Он облизнулся.

Фу-у… Падма отступила назад, едва сохранив равновесие, и с облегчением услышала голос Бренды, переводящий разговор в деловое русло. Она пригласила мужчин в центр комнаты и начала инструктаж – рассказала о рабочих местах, расположенных по периметру, каждое из которых было оборудовано компьютером и канцелярским набором. В центре стоял стол с папками и скоросшивателями.

— На каждом компьютере имеется доступ к видеозаписям с двухсот камер, установленных внутри казино, а также с камер наружного наблюдения, которые обеспечивают обзор всего происходящего в радиусе одной мили от здания. Мы загрузили все видео за последние полгода, но, если потребуется, мы можем загрузить данные за два года.

Четверо мужчин принялись изучать компьютеры. Фарид же листал новости в своем смартфоне.

— А здесь, – Бренда подняла папку, – копии личных дел двух наших сотрудников. Дэйва Брэнда и Хэнка Монтгомери. Здесь все записи с момента их трудоустройства, а также табели учета рабочего времени Дэйва. Хэнк эти табели не заполнял, так как был менеджером. А также, чтобы вам проще было ориентироваться, фотографии этих мужчин.

Бренда указала на те самые фотографии, которые стояли на подставках во время поминок.

— А еще…

Фарид снова поднял руку, пряча наконец телефон в карман, и шагнул к Бренде.

— Детка, давай на этом остановимся. Ты проделала большую работу. Молодец. Очень мощно подготовилась. Ну а теперь к делу. Поправь меня, если я ошибаюсь, но вот что я вижу: у вас лишних выплат на десять миллионов долларов и четверо покойников. Так?

— Лишь двое из них работали в казино, – сказала Падма прямо ему в спину.

Фарид обернулся и сделал шаг в ее сторону.

— Но эти двое знали тех, других?

Падма хотела отступить назад, но заставила себя стоять на месте.

— Один сотрудник погиб в результате несчастного случая, а другой – Хэнк Монтгомери и двое других его друзей… умерли при… других обстоятельствах. Взрыв на яхте.

Падма проговаривала это вслух, сама понимая, что это не может быть просто совпадением.

— А первый и второй сотрудники знали друг друга?

— Похоже на то.

— И все четверо покойных знали друг друга?

Падма вспомнила фотографию с похорон, на которой они обнимали друг друга за плечи, стоя на залитом солнцем причале со связками рыбин в руках.

— Судя по всему.

Фарид полез в карман и выудил упаковку розовой жвачки. Падма смотрела, как он разрывает ее и закидывает в рот подушечку.

— Подсел на жвачку, когда бросил курить, – прокомментировал Сокол и подмигнул Падме.

Он начал жевать, и Падму снова передернуло, но уже от вида розового пузыря, который он принялся выдувать. Она чувствовала отвращение, однако весь его вид словно завораживал. Фарид положил упаковку жвачки в карман, посмотрел на нее и упер руки в бока.

— Вот как все будет. Мы вернем деньги. Начнем с этого менеджера и людей, что работали с ним. Даже если они не знают, где деньги, то парни все найдут. Единственное, что мне надо узнать от вас, – он указательными пальцами ткнул в Бренду и Падму, словно целился в них из двустволки, – кого любил этот Хэнк Монтгомери?