Книга Очень плохие вдовы, страница 25 – Сью Хинсенбергс

— Девочки, за педикюр плачу я, – отозвалась Марлен. – Это меньшее, что я могу для вас сделать, учитывая рост моего благосостояния. Вернете мне должок, когда ваши мужья умрут.

Пэм не нужно было смотреть в зеркало заднего вида, чтобы понять, что Нэнси и Шализа уставились на нее, пока Марлен щебетала. Вскоре Пэм уже наблюдала за подругами в огромном зеркале во всю стену, напротив которого они сидели вчетвером, в вибрирующих креслах, пока их ступни откисали в ванночках с горячей мыльной водой. Четыре мастера педикюра что-то оживленно обсуждали в противоположном углу.

— О чем они там могут говорить? – прошептала Шализа.

— Наверно, бросают жребий, кому достанется Марлен. Камень, ножницы, бумага, – ответила Пэм.

— Не моя вина, что у меня сплошь мозоли и шишки. Это все уроки танцев в детстве, – рассмеялась Марлен, потянувшись, чтобы пожать Пэм руку. – Я буду скучать по тебе.

— Ты уезжаешь всего на два дня. – Пэм сжала ей руку в ответ.

— Знаю. Я имею в виду – когда уеду насовсем.

— Будем общаться в «Зуме». Приезжать друг к другу. Подруги навсегда.

Марлен поиграла с настройками кресла, да так, что у нее щеки завибрировали, когда массажные ролики стали прорабатывать ей спину.

— Знаешь, я всегда думала, что первой будешь ты, Пэм.

— И я тоже, – сказала Нэнси.

В зеркале Пэм увидела, как Шализа кивает, соглашаясь с Марлен и Нэнси.

— О чем это вы? Вы все думали, что Хэнк умрет первым? Ужасно… Как вы могли такое вообразить?

Марлен успокоила ее:

— Я лишь имела в виду, что ты во всем была первой. Первой записывалась поучаствовать в ярмарках, первой организовывала подарки тренерам, первой распродала замороженное шоколадное тесто для печенья. Думала, ты и овдовеешь первой… Я, признаться честно, и не помышляла быть первой. Если уж начистоту, то я всегда думала, не знаю почему, что буду стареть именно с вами. Не с Дэйвом. Это очень странно?

— Нет, – ответила Нэнси. – У меня ровно те же мысли. Мы просто знаем, что женщины обычно живут дольше мужчин. Так что ничего странного нет. В одном исследовании говорится, что самые счастливые люди – это вдовы. Я думаю, все потому, что мужья подарили им детей, помогли их вырастить, и вот дети уже взрослые, мужья – в мире ином, а жены могут делать все что душе угодно.

Шализа вздохнула:

— Что ж, настоящей семьи у нас с Андре не получилось, так что до последнего времени он был нужен мне для того, чтобы елку на Рождество поставить. А в прошлом году Нэнси нашла мне искусственную елку на распродаже, так что теперь я в нем и вовсе не нуждаюсь.

Пэм вытаращилась на нее:

— Шализа, это очень жестко!

У Марлен зазвонил телефон, и, пока шел разговор, они могли подслушивать упоминания о продажах и закрытии сделки.

Шализа изогнулась, чтобы видеть Пэм, и тихо сказала:

— Подумай, чего ты хочешь, Пэм. Я просто озвучиваю твои же мысли. Нам не нужны мужья. Вы с Нэнси вырастили детей. Ни у кого из нас нет больше секса. Финансовой помощи от них – ноль. Ни радости, ни пользы. На кой они хрен нам сдались, только продавливать диван да есть? Я была бы счастлива стать вдовой. Еще б и разбогатела…

И она снова уселась поудобнее. Пэм с облегчением услышала, что Марлен закончила свой разговор по телефону.

Нэнси заявила:

— Думаю, большинство женщин уверены, что рано или поздно станут вдовами. Весь вопрос только в том, когда. И иногда это случается раньше, чем можно было бы предположить.