Книга Одиннадцатый палец, страница 192 – Цинь Мин

— Тогда давайте сразу перейдем к характерным травмам… – Я сухо кашлянул, чтобы как-то сгладить неловкость от того, что меня только что перебили. – Во время осмотра тел и их травм мы пришли к выводу, что водителем машины был мужчина под номером один.

— Бред! – сказал тот же мужчина, который недавно поторопил меня. – Вы, видно, решили, раз машина моего сына, значит, он и водитель? Это так у нас расследования ведутся? Только не пойму, вы-то нам зачем? Чтобы налоги поджирать?

— То есть, по-вашему, если машина вашего сына, то он за рулем быть не мог? – Теперь разозлился уже я. – Тогда, может быть, вы нам скажете, кто водитель?

Некоторые из членов семей погибших встали на мою сторону – и наперебой начали осуждать и критиковать склочного мужчину, пока тот не сел на место.

— Травмы на теле мужского трупа номер один распределяются следующим образом: слева находятся царапины от стекла, а справа – ушиб, вызванный ударом о твердый предмет. Другими словами, в момент аварии слева от него разбилось стекло, а справа находился какой-то гладкий твердый предмет. Во время осмотра автомобиля мы выяснили, что подобные травмы можно было получить, только если сидеть на месте водителя: окна расположены слева, а справа находятся коробка передач и ручной тормоз. Справа на талии мужского трупа номер один – ссадина с ушибом. Предполагается, что примерно в этом месте находился какой-то тупой предмет. Согласно результатам осмотра транспортного средства, только у человека, сидящего в машине слева, запор ремня безопасности находится справа на талии.

Я договорил на одном дыхании и сделал паузу. Убедившись, что отец погибшего № 1 не собирается препираться, продолжил:

— У трупа мужчины номер один ссадины на внутренних сторонах лодыжек; это говорит о том, что между его ступней находился какой-то твердый шероховатый предмет. Мы осмотрели всю машину, и только у водителя между ног находится педаль тормоза. Эти повреждения выделяются на фоне тех, что получили другие пассажиры автомобиля. Кроме того, на левой брючине в области колена есть дыра. В автомобиле мы не нашли ничего, что могло бы порвать одежду, кроме кнопки открытия багажника рядом с водителем слева; ее углы острые и способны прорвать ткань.

Когда я закончил говорить, все члены семьи погибших, за исключением отца водителя, одобрительно кивали. Похоже, у последнего не осталось возражений, но он все еще настаивал на своем:

— Тогда скажите, где сидели все остальные? Если вам удастся убедить меня своими аналитическими выводами, я, так и быть, отступлю.

По счастливому стечению обстоятельств раны каждого из погибших имели особые отличительные черты, и эта просьба не смогла поставить меня в тупик. Я с легкой улыбкой продолжил:

— Женщина номер один сидела на пассажирском кресле рядом с водителем. У нее есть ссадины на предплечьях обеих рук в зоне трицепса, которые были сформированы в результате трения об плоскость. Только сидя на месте рядом с водителем, она могла содрать предплечья об плоскую панель впереди.

— И она не могла сидеть за рулем?

— Нет. Предположим, она скользнула бы по панели напротив водителя, но тогда бы точно ударилась об руль грудью – а точнее, солнечным сплетением, – но у этой жертвы нет соответствующих травм. Кроме того, только на женском трупе номер один нет царапин от стекла. В автомобиле уцелело только лобовое стекло и правое переднее ветровое стекло, которое как раз находится рядом с передним пассажирским сиденьем.