Книга Одиннадцатый палец, страница 6 – Цинь Мин

— И вот из-за этого весь сыр-бор?

— Мы пытаемся понять, кому принадлежит эта часть тела: человеку или курице. – Суперинтендант первого ранга неловко улыбнулся.

— Не смогли разобраться и вызвали нас? – проворчал я.

— Бред какой-то, – возмутился наставник. – Зачем звать судмедэкспертов, если и так совершенно ясно, что это?

Почесав голову, я тоже присел около миски, чтобы оценить находку. В ней лежала желтоватая часть конечности. Я подставил свой палец – он оказался намного толще. Однако если присмотреться, то объект хоть и смутно, но имел схожую структуру поверхности, несмотря на следы жарки. Кроме того, можно было заметить две четкие кривые, разделяющие предмет на три сегмента. Линии проходили примерно там, где должны быть суставы пальцев человека.

Из рабочего чемоданчика я достал пинцет, которым зажал предмет, чтобы рассмотреть его получше:

— Ой, а ведь и правда непонятно: для пальца – слишком тонкая и короткая, а для куриного когтя – слишком толстая…

— Женский палец мог войти в состояние контрактуры^[2] после обжаривания во фритюре и уменьшиться до таких размеров, – ответил наставник.

От услышанного у меня встали волосы на голове:

— Обжаривания… трупа во фритюре?

Наставник, сделав вид, что не заметил моего испуга, продолжил:

— Ну-ка, скажи мне, как ты будешь определять, человеческий ли это палец или нет.

Я остолбенел – и пришел в себя, только когда учитель обернулся и пристально посмотрел на меня.

— А?.. Ну, это несложно. Нужно провести проверку ДНК.

Анализ ДНК позволяет не только идентифицировать преступников, но еще может выявить геном. Даже у каждого вида растений есть своя уникальная ДНК.

— О! – внезапно осенило двух офицеров полиции.

— Э-э, чего? – Наставник закатил глаза, потом снова посмотрел на меня: – Сделать анализ ДНК? А зачем я тебя тогда спрашиваю?

Всего лишь одним вопросом учитель поставил меня в ступор прямо у всех на виду, и мне стало стыдно. Получая профессию судмедэксперта, студенты усерднее всего изучают судебную патологоанатомию. С одной стороны, она всегда в какой-то степени удивляет и пугает, а с другой – это базовая информация, которой необходимо обладать. А вот определение генома – просто нудная часть судебной антропологии.

Я быстро покопался в своих скудных знаниях по антропологии, чтобы найти хоть что-то полезное, но так ничего и не вспомнил. Мне оставалось только смущенно помотать головой.

Учитель разочарованно фыркнул:

— Книжки почитай на досуге. Тебе, быть может, кажется, что детали – это всего лишь какие-то мелочи, но именно из-за них можно сесть в лужу в критический момент.

Он надел перчатки и открыл свой чемоданчик, из которого достал два кровоостанавливающих зажима – один отдал мне, – а еще скальпель в чехле. Провел лезвием по поверхности предмета, обнажая красные мышцы и белые связки, спрятанные под обгоревшей кожей. Малые размеры исследуемого материала, препятствующие его фиксации, вынуждали его действовать медленно и аккуратно. Необходимо безупречное владение скальпелем, чтобы сделать такой разрез.

Наставнику – бывалому человеку – потребовалось добрых полчаса, чтобы наконец-то добраться до кости; все его лицо покрылось потом.

— Фух… – учитель громко выдохнул. – Хорошо, что вы боретесь с «четырьмя подпольями», искореняете «четыре зла»… Ведь произошло просто-таки бесчеловечное убийство!