Книга Декаданс, страница 29 – Людмила Семенова

— Я к нему вообще не готовился, представь себе! — невозмутимо сказал Алик, между делом налегая на конфеты. — Еще утром у меня и в мыслях не было, что день закончится таким образом. Нет, я давно сомневался и в отношениях с Ингой, и в этой затее со свадьбой, но только в Мексике понял, что дело еще и в тебе. Потом я подумал, что лучше все-таки не давать тебе ложных надежд, но сегодня случилось что-то особенное. Я увидел, какая ты светлая, добрая, чистая, и будто в голове что-то перемутилось. Понял, что не смогу молчать. Прости, Полиночка...

— За что? — тихо и встревоженно спросила девушка.

Алик некоторое время молчал, затем произнес:

— Ну, как бы сказать... Я не могу тебе обещать, что немедленно порву с Ингой. Рано или поздно это скорее всего произойдет, по крайней мере с этой дурацкой свадьбой я постараюсь потянуть, а там и поговорю с ней. Но так чтобы сейчас... Я понимаю, как это гадко звучит: типа в постель ложиться — так это запросто, а принимать ответственные решения стремно. Но по-моему, если я сейчас что-то пообещаю, а потом все пойдет не так, будет еще хуже. Вот, собственно, что я хотел сказать. Остальное уже решай сама, Полина, ты девушка умная и самодостаточная.

— Да, боже мой, Инга... — тихо произнесла Полина с ужасом, будто спала уютная пелена забвения и по ней ударило холодным ветром. Девушка вдруг почувствовала прилив отвращения к себе за эту непростительную слабость, за то, что взяла чужое, не смогла обуздать капризы тела и иррациональной женской натуры.

— Поля! — мягко сказал Алик, собираясь взять ее за руку и добавить что-то ободряющее. Но Полина испуганно отстранилась, вскочила и пошла к двери. Молодой человек догнал ее в прихожей и сдержанно произнес:

— Ничего, Полиночка, я все понимаю. Тебе надо успокоиться, собраться с мыслями, а там поступай как сочтешь нужным. Но я буду тебя ждать каждый вечер, помни об этом.

Домой Полина вернулась совсем поздно, надеясь, что родители уже легли спать. Но Арина Юрьевна сидела в комнате у стола, на котором приглушенно светила маленькая лампа. Мать удрученно подпирала рукой подбородок и не сразу заговорила с дочерью, когда та переступила порог.

— Поля, ты была с Аликом? — сказала она наконец.

Дочь со вздохом подвинула табурет к столу и села напротив. Немного помолчав, она спросила:

— Ты хочешь сказать, переспала? Да, мама, не стану тебя обманывать. Можешь меня ругать, говорить, что я предаю Ингу, кусаю кормящую руку, — крыть мне нечем. Только знаешь, я сама уже наказала себя достаточно. Теперь будет еще больнее: раньше я хотя бы не знала, какой он на самом деле...

Женщина вздохнула и, поднявшись, поставила старенький чайник со свистком на огонь.

— Папа уже спит? — тихо спросила Полина.

— Да, он же всегда рано ложится, а я не стала его будить. Мне почему-то сразу показалось, что дело в Алике.

— И что же ты теперь мне скажешь?

— Доченька, ты готова услышать от меня любой ответ? — мягко спросила Арина Юрьевна. — Пока я не вижу ничего страшного, но и поводов для радости нет. Ты взрослый человек, Поля, и должна понимать, что мужчины не всегда идут на близость от любви или серьезных намерений. Впрочем, некоторых женщин это тоже касается, но не тебя: ты, конечно, любишь Алика. А вот в нем я совсем не уверена. И знаешь, может быть, тебе очень не понравятся мои слова, но будет лучше, если этот случай между вами останется единственным.