Книга Декаданс, страница 70 – Людмила Семенова

— Каким отцом, Алик? — ожесточенно вздохнул Игорь. — Совсем, что ли? Ты алкоголик, что от тебя могло родиться?! Да если бы Полина так не пострадала, я бы сказал, что это наилучший вариант.

Он взял свою куртку и направился к двери. Обернувшись, Игорь сказал:

— Поля, ты мне все-таки звони иногда.

— Спасибо, Игорь, непременно, — тепло ответила девушка и вздохнула.

Поначалу Полина сочла, что студенчество стало окончательно перевернутой страницей в ее жизни. После раздумий она все-таки рассказала обо всем Арине Юрьевне, и та была в ужасе, но потом твердо сказала дочери:

— Поленька, только не вздумай винить во всем одну себя. Да, ты поступила нехорошо, приняв ухаживания Алика, но ты была влюблена, ты давно раскаялась, не хотела никому портить жизнь, и кроме того, пострадала больше всех. А вот Алик и Инга сознательно шли на подлость, при этом ничем не рискуя. Так что просто оставь это в прошлом. Вот увидишь, наша психика так устроена, что почти все может отболеть.

Отцу они обе решили ничего не говорить, а тот ни разу не попытался выведать у дочери, от кого была ее неудачная беременность. Больше ни с кем эту злосчастную тему и не пришлось обсуждать — все немногочисленные родственники и знакомые Шихаевых были не настолько им близки, чтобы ставить в известность о таких вещах.

Девушка была уверена, что Инга и ее супруг больше ее не побеспокоят, но через несколько дней после разговора с ребятами Алик вдруг позвонил. Без долгих предисловий, торопливо, будто боясь, что она его прервет, молодой мужчина заговорил:

— Я все понимаю, Поля, ты сейчас не желаешь ни слышать меня, ни видеть, но все-таки выслушай напоследок. Мне не хочется, чтобы мы навсегда разошлись вот так, и не врагами, и не пойми кем. Нет, я не собираюсь делать красивую мину и даже не смею просить у тебя прощения, как и у Игоря, но мне хотелось бы, чтобы вы знали: я не совсем уж законченная трусливая сволочь...

— Ну и что ты мне предлагаешь? — устало спросила Полина. — Моральную компенсацию?

Несмотря на ее сухой и недобрый тон, Алик не отступил: по-видимому, вопросительная форма его подбодрила.

— Я прошу, чтобы ты завтра пришла в арт-пространство. Инга с помпой открывает очередное мероприятие на тему безумия, и вот в этот момент я хочу очень серьезно с ней поговорить, и так, чтобы ты об этом знала. Что я все-таки способен на какие-то поступки, кроме скотских, да и на те по чужой наводке!

— А зачем тебе это нужно, Олег? — вдруг спросила Полина, и это непривычное имя отдалось колючим холодом.

Однако Алик не стал делать на этом акцент и пояснил:

— Если честно, то чтобы хоть немного уважать себя самому. Чужое уважение мне уже не вернуть никогда, но остатки собственного я еще попытаюсь спасти. И если ты придешь, я буду знать, что все-таки не безнадежен в твоих глазах.

— Ладно, — сдержанно ответила Полина. — Но имей в виду, если это очередная безумная прихоть, твоя или Инги...

— Да о чем, ты, Поля, — вздохнул Алик и положил трубку.

Полина решила, что физические и душевные травмы произвели в ней коренной переворот и что-то ушло безвозвратно, вместе с кровью и юной романтичностью. Только поэтому она приняла это странное приглашение. С матерью Полина в этот раз не стала советоваться, но почему-то захотела позвонить Игорю, и когда тот услышал про идею бывшего друга, его изумлению не было границ. Немного подумав, Игорь произнес: