Книга Жаворонок Теклы, страница 139 – Людмила Семенова

— Мне это очень радостно слышать, — откровенно сказал Айвар. — Ты ничего не должна объяснять, Лара, счастье у каждого свое. Я рад, что дал тебе хоть немного тепла, как ты тогда сказала.

— Да ну тебя! — шутливо отмахнулась собеседница. — Ты меня так и на слезу прошибешь. Спасибо, что позвонил, Айвар, если еще что понадобится, обращайся.

— Это тебе спасибо! Я потом непременно расскажу побольше о нашем проекте. Приезжай, если будет возможность. Надеюсь, к тому времени здесь все будет как мы мечтаем: и нормальные корпуса, и покрытия для медицинских каталок, и подъемники для неходячих, и современный ремонт, и хорошее питание. Когда люди чувствуют запах пирогов и кофе, смертность ощутимо снижается.

— Ты прав, — задумчиво сказала Лара. — Кстати, твою фотографию я храню до сих пор. Пришли еще какие-нибудь, вместе с женой, ладно?

Эту просьбу Айвар охотно выполнил, тем более что они с Налией любили фотографироваться — и в быту, и в медийной деятельности, когда с удовольствием давали интервью независимым изданиям и общались с читателями. Друзья в прессе организовали для Айвара и Налии несколько фотосессий в легком молодежном стиле — он предпочитал сниматься в джинсах и простой белой рубашке, а она в льняном сарафанчике с белыми цветами на голубом фоне и с волосами, заплетенными в длинную косу. В таком образе эта роскошная чернокожая девушка напоминала юных героинь живописи соцреализма, любующихся индустриальными пейзажами из окон типовых новостроек. Нередко они снимались босиком, отдавая должное своему происхождению и бедности соотечественников.

Все, что рассказала Лара, Айвар позднее передал в своих тезисах в очень тактичной форме и после этого к нему стали обращаться за поддержкой совсем юные девчонки в Аддис-Абебе, как в письмах, так и по радио. Вместе с женой они понемногу становились большими друзьями и советчиками у молодежи, что, конечно, вызывало неоднозначную реакцию в обществе. Но больше всего сил Айвар отдавал организации, основанной усилиями комитета и Российского Красного Креста для помощи тяжелобольным в регионах, в том числе нищим и бездомным. В ней он разрабатывал меры медико-санитарной опеки над такими людьми и нередко сам в них участвовал на выездах. Забот с этим контингентом хватало, но Айвар настаивал, что бросать его на самотек нельзя, так как будут разрастаться очаги заразы и все больше народа станет страдать от паразитов, лихорадок, дифтерии, тифа, туберкулеза. Поэтому в наиболее тяжелых районах стали появляться убежища для бродяг, где можно было вымыться, пройти санитарную обработку, а также пункты вакцинации.

Айвар понимал, что в развитии этого процесса многому нужно учиться у Запада, и ему весьма пригодились советы Даниэля. Тот уже имел двоих детей и был настоящей правой рукой в бизнесе тестя. Они со старым другом частенько переговаривались по видеосвязи, а порой пересекались за границей и с удовольствием ходили вместе с женами в фешенебельные рестораны и театры. Там все четверо, одетые по самой изящной западной моде, статные и дружелюбно улыбающиеся, производили впечатление настоящей молодой интеллигенции.

Но и в Эфиопии жизнь казалась Айвару настоящим афродизиаком, с тихими звездными ночами и яркими городскими праздниками. Они с Налией, несмотря на незаурядный ум и образованность, в глубине души сохраняли простосердечную африканскую жизнерадостность и обожали гулять по огромным рынкам и крохотным лавочкам, колесить по Африке от Египта до ЮАР, любоваться древними храмами и стремительно растущими небоскребами.