Книга Жаворонок Теклы, страница 47 – Людмила Семенова

— Чего?! — переспросил Даниэль, так широко распахнув свои темно-шоколадные глаза, что Айвар снова не удержался от смеха.

— Макабра, — продолжил он. — Это сквозной аллегорический сюжет о неотвратимости смерти и конце света, начиная со Средневековья и до наших дней. Эдгар По, Амброз Бирс, русский символизм, американская «южная готика», — вот этим всем я и зачитывался. За современной литературой тоже старался следить, журналы покупал, захаживал в интернет-кафе, узнавал новости, переписывался… На одном литературном форуме, кстати, узнал про книги Джека Кетчама. В Сети сложно было их найти, но мне все-таки удалось! А тут за секунду можно купить какую-нибудь книгу мечты на языке оригинала, хоть из Америки. Вот сегодня утром получил на почте свою любимую классику Юга на английском, хотя до конца не верилось, — теперь весь день улыбаюсь, не могу!..

— Да, это все в твоем духе! Ты наверняка единственный в мире эфиоп, который способен чернуху назвать макабром, да еще читая ее не на богемных сходках, а в конуре без сортира и почти без света. И почему тебя это всегда притягивало?

— Наверное, из-за откровенности: в этих книгах люди для высших сил не милые зверушки, а копошащиеся насекомые. Но при этом они, в отличие от бульварного чтива, почти всегда написаны красивым слогом, и потом, когда читаешь что-то подобное, легче бороться с собственными страхами.

— В Эфиопии это твое увлечение, наверное, мало кто разделял?

— Не то слово, — произнес Айвар со вздохом. — Когдя я был помладше, за чтение могли и наказать. Мои опекуны из деревни считали, что во мне «бес сидит», из-за того, что я читал, говорил на чужих языках, да хоть смотрел как-то по-другому. Даже пробовали его изгнать испытанным способом.

— Били, что ли? — спросил Даниэль возмущенно.

— Ну как сказать, не систематически, но иногда я от них огребал. Правда, не оставался в долгу, пытался указать, где настоящая бесовщина. Впрочем, без толку, конечно.

— Да, это дохлый номер, — убежденно заявил Даниэль. — Ты думаешь, у нас тут сейчас мало мракобесия? Нет, с Африкой пока не сравнить, но мы бодро к этому идем! Все деградирует, и культура, и наука. Одни дешевые фестивали, якобы на тему современных технологий, а на деле — тусовки в маскарадных костюмах и ларьки с заумным меню, типа «космического бургера». Сколько я их повидал по работе, и все одно и то же! И тут никому не объяснишь элементарных вещей, вроде той, что в телеящике все врут. Как по-твоему, можно считать цивилизованной страну, в которой люди зависимы от волшебного экрана? Я как-то раз возил мать к родственникам в Сланцы и мы по дороге зашли в одно придорожное кафе. Какая там была нищета, стыдно глядеть! Годов этак с 80-х будто ничего не ремонтировалось. Но телевизор с непременным ток-шоу про какие-то очередные похабные сплетни — в наличии! Как-нибудь сам местное телевидение посмотри, такие ужасы увидишь, что и книг никаких не нужно.

— Лучше не стоит, — усмехнулся Айвар. — Согласись, это более опасная отрава для ума, чем мои книги, нет? Я и так узнал, что в России вымерли и научные передачи, и медицинские, зато народ стал верить, что ныряние в холодную воду, отказ от мяса на два месяца и стояние в очереди к куску какой-нибудь доски или тряпки исцеляет от болезней и отпускает грехи. В Эфиопии тоже верят в подобную чушь. Но улыбающихся людей на улицах здесь еще меньше, чем там, притом что они живут в таком красивом городе.