Книга Пиролиз, страница 141 – Dee Wild

Двое бойцов исчезли внутри «Разведчика» с намерением устроить обыск, а бессознательного Василия сгрузили на поверхность мостика. В нескольких шагах от меня стоял давешний командир и переговаривался с кем-то по коммуникатору. Отсюда я могла слышать обрывки разговора:

… — Сомневаюсь. Это очень странная компания, точно не геологи… Какое-то устройство, пока нет понимания, ребята выясняют. На всякий случай мы приглушили все диапазоны. А с этими что делать будем?.. Может, сперва допросим? Баркеру будет хоть какое-то развлечение… В общем, да. Толку нет, но… В яму и в расход? Хорошо, принято. — Прозвучала короткая пауза, будто на том конце провода махнули рукой. — В расход — значит в расход.

Командир группы обернулся к нам. Его шлем был безликой угольной маской, но я чувствовала тяжесть его взгляда. Он поудобнее перехватил лазерный карабин — и мир сузился до красной точки прицела, замершей у меня на груди…

По ангару раскатисто скрежетнуло множественное эхо, и створы врат медленно поползли навстречу друг другу. Исполинские переборки сдвигались, с каждым метром затеняя рукотворную пещеру, истончая надежду на благополучный исход нашего отчаянного мероприятия.

Командир группы скомандовал:

— Вперёд! Нас с вами ждёт небольшая прогулка.

Внезапно всю меня сковало нестерпимое жжение в конечностях, чужеродное статическое электричество запрыгало по телу. Мехапротезы взвыли натужным гулом, живые мышцы свело судорогой — и нервные импульсы плотными волнами устремились в мозг. Один из бойцов вскрикнул и схватился за голову, мои ноги выключились, подкосились, и я рухнула на стальной серпантин. Не могу двигаться, биомеханика отказала! Что происходит?!

Электрический хлопок разрезал воздух, бледное синтетическое освещение ангара мигнуло и потухло, сменившись неровно мерцающими по периметру каверны жёлтыми лампами аварийного. Ворота громогласно лязгнули, остановились, и появился звук — нарастающий гальванический гул, словно вокруг разом заработали сотни электрических трансформаторов. Откуда-то снаружи, из-за ионного барьера ворот ослепительно-белая вспышка и ошеломляющий громовой раскат ударили по органам чувств — я на мгновение ослепла, оглохла и перестала чувствовать всё вокруг.

Мостик подо мной мелко трясся, скрежетал и стонал. Отчаянно жмурясь и моргая, я пыталась прийти в себя, белые круги перед глазами постепенно расступались. Сквозь гул в ушах я слышала металлический звон рядом с собой и рокочущий рёв со стороны врат, рассекаемый свистящими сполохами лазеров. Наконец я ощутила собственные конечности — тысячами игл статика впивалась в тело, но я уже могла пошевелить руками и ногами.

И я повернулась лицом к вратам.

Расщелина полудюжины метров шириной между замерших створов полностью загородила медленно сползающая вниз бежевая металлическая туша с распахнутым, ярко освещённым нутром. От неё отделялись человеческие фигуры, занимая места на ребре стального монолита.

Сквозь разреженный воздух каверны приближались два трёхметровых боевых робота — точно таких же, как тот, что месяц назад в Музее у нас с Марком из-под носа забрал злополучный артефакт. Выгнутые назад, словно у кузнечиков ноги, свистящие маневровые движки, короткими синеватыми вспышками озаряющие полутьму пещеры — боевые машины плыли через пустоту ангара, а вокруг них мелькали лазерные лучи. Одиночными точными выстрелами шарахал по ушам крупный калибр пушек, служивших роботам руками — а со стороны площадки грохотали разрывы.