Онлайн книга «Пиролиз»
|
— Пойдём, Муса, они не одни. Полетели лучше в клуб, там щёлку найдём… — Номерок не дашь? — обратился Муса ко мне, не обращая внимания на Ахмеда. — Как-нибудь встретимся, пересечёмся? Со мной ты почувствуешь себя царицей. Я поймала его наглый взгляд, медленно, с вызовом, провела языком по губам, набрала воздуха и смачно харкнула его прямо на сияющий кроссовок. Плевок получился сочным, со звуком. Он заметно вздрогнул, лицо его поползло вниз, сглаживаясь маской чистой, животной ярости. Рука его судорожно дёрнулась к карману. Я же, вынув руки из карманов куртки и обнажив мехапротезы, встала в стойку. Привычно, буднично, кулаки перед собой, взгляд исподлобья — как делала это десятки и сотни раз. Гагик тяжело шагнул вперёд, а Ахмед тем временем ухватил Мусу за локоть и настойчиво потянул его во тьму. Оживлённая парковка кишела автомобилями, люди сновали мимо нас туда-сюда, поэтому арабы, очевидно, решили не развивать конфликт и скрылись в вечернем полумраке стоянки. Вернувшись к глайдеру, мы помогли Гагику уложить в фургон огромные пакеты. — Я уже не помню, когда ела на природе. — Я вдруг словно почувствовала на языке вкус сочного мяса, приготовленного на огне, и мечтательно закатила глаза. — А давайте куда-нибудь от дороги отлетим, да и устроим пикник? Как вам идея? — Я махнула рукой в сторону входа в огромный сияющий гипермаркет. — Мяса купим, мангал, шашлык будем жарить! — Отлично! То, что надо! — хором поприветствовали мою идею Софи и Гагик. Докупив недостающие для пикника ингредиенты, мы погрузились в машину. Гагик включил двигатели, и аэромобиль, дрожа и чуть ли не треща по швам, с усилием оторвался от земли… Минут через пятнадцать мы медленно ползли по воздуху вдоль широкой реки, высматривая полянку, на которой можно было бы приземлиться. В черте самого Будапешта и его пригородов Дунай был плотно застроен, а прилегающие к берегу участки — огорожены высокими заборами. Вся прибрежная полоса давно превратилась в частную собственность, а арабы, которые составляли большинство населения, вели себя совершенно свободно — отхватывали куски земли там, где желали, на быстрые и шальные деньги отстраивали целые таунхаусы в заповедных районах, а когда дело касалось законов — взятки и связи решали абсолютно всё… На подступающих к водной глади тут и там грунтовых дорожках останавливаться не хотелось, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Через некоторое время, когда огни города остались далеко позади, глядевшая вперёд во все глаза Софи воскликнула: — Вижу местечко! Вон там, левее, притормози! — Ну смотри мне, София-джан, чтобы там пенёк не торчал. — Гагик погрозил пальцем в воздухе. — А то останемся мы здесь надолго… Глайдер спланировал вниз и упруго коснулся земли, я открыла дверь, спрыгнула на сочную траву и вдохнула полной грудью прохладный лесной воздух. Снега в этих местах давно уже не бывало, поэтому после занесённой сугробами Москвы с её бесконечными серо-белыми пригородами это место показалось мне слегка нереальным. Настолько разной была зима на Земле, что стоило переместиться на каких-то полторы тысячи километров — и ты словно оказываешься в совершенно другом времени, в тусклом зелёно-оранжевом осеннем мире. — Дорогие мои, готовьте стол, а я пока поищу дров и щепок! — С этими словами Гагик исчез из виду и, отдаляясь, зашумел в ближайших кустах. |