Онлайн книга «Бездна и росток»
|
По Междуморью горстями рассыпаны десятки таких посёлков. Если держать собственную ферму могли и хотели не все, то свой коттедж по карману был почти каждому. В самом начале колонизации, когда полные воодушевления люди разворачивали на Пиросе бурную деятельность, это место походило на центральную Америку задолго до тотального опустынивания. Жаркий климат, степное раздолье и ровные просторы располагали к размашистому планированию. Лёгкий в постройке дачный домик – каждой семье. Нить одной из многих асфальтовых магистралей, паутиной опоясывающих Междуморье, словно наброшенное на степь клетчатое оделяло – сквозь каждый посёлок. Подвинься, природа, человек пришёл – пришёл надолго… И где же ты теперь, человек? Я брела по гниющим останкам цивилизации в сторону двух-трёхэтажных домиков – безжизненных, серых, словно мраморные кладбищенские монументы в лучах заката. Лишь две задачи стояли передо мною – одеться, чтобы пережить прохладную ночь, и поесть, чтобы не упасть без сил где-нибудь в дороге. Больше никаких планов. Никакого будущего… За белым указателем с красивым названием «Спинетта» в последних сполохах заходящего солнца таяла вдали пустынная улица. Брошенные автомобили, покрытые пыльными наносами, чернели распахнутыми дверями. Где-то во дворе едва слышно поскрипывал несмазанный металл – наверное, колыхались детские качели, на которых теперь качался только ветер. У самого бордюра распласталась женщина в грязном платье – всё та же картина, всё та же рваная рана в спине, из которой торчало оперение механического убийцы. Застигнутые тут и там, на проезжей части и на обочине в самых разных позах лежали тела. Покрепче сжимая монтировку, я шла посреди дороги и поглядывала по сторонам. Мёртвые глазницы разбитых окон провожали меня немотой, едва заметно колыхая веками занавесок; слепые бельма заколоченных досками оконных и дверных проёмов прятали за собой застоялую тишину, а я углублялась в глотку этого вымершего посёлка… В какой-то момент ветер стеганул прохладой по голой коже, заставив вздрогнуть, и я поняла – самое время всё же поискать одежду. Первый же выбранный наугад дом – одноэтажный бежевый коттедж с распахнутой входной дверью – встретил меня кромешной тьмой. Мне чудилось, что за мной кто-то наблюдает, и по коже бежали зябкие мурашки. Я ждала, что вот-вот, прямо сейчас из темноты на меня кинется оскаленная багровая пасть… Но вместо этого из чёрной прихожей лишь дохнуло уже знакомым затхлым запахом разложения. — Если ты там, я проломлю тебе башку, — прошептала я себе под нос и вошла внутрь. Глаза привыкали к темноте, выхватывая из мрака очертания мебели. Всё здесь было перевёрнуто вверх дном, вещи были беспорядочно разбросаны по полу – тут, похоже, уже прошлись. Либо мародёры, либо мертвецы. Хозяин тоже был здесь. Он никуда не ушёл – он висел в самом центре гостиной, под потолком, подвешенный за шею, безвольный, как сломанная марионетка. И довольно давно, если судить по запаху. Заставляя себя не смотреть на него, я прошла короткий коридор, вошла в спальню, почти на ощупь добралась до шкафа и распахнула створки. Внутри было полно одежды – шифоновой, кашемировой, шёлковой. Мягкой, женской, насколько я могла определить на ощупь. Я вывалила всё содержимое шкафа на пол и стала рыться в груде тряпок. Всё было на размер, а то и на два больше. Юбки, кофточки, блузки… Мягкий, воздушный шифон, шёлк – всё то, что я никогда бы на себя не надела. Откопала какие-то леггинсы и просторный джемпер попроще, а в тумбе нашлись чешки. Натянула всё это, чувствуя себя чучелом. Зато теперь хотя бы не холодно… Тут же нашлась холщовая наплечная сумка, куда я кинула бутылку с водой. Подпоясавшись, заткнула за пояс пистолет… |