Книга Утесы, страница 182 – Джули Кортни Салливан

— Не знала, что у тебя шпионская сеть по всему городу и все за мной следят. Я догадывалась, что ты в Авадапквите почти на правах мэра, но это что-то новенькое.

Эллисон, кажется, удивилась и обиделась.

— Я написала тебе письмо, – сказала она. – Можно я его прочитаю?

— Сейчас? – спросила Джейн.

Видимо, Эллисон нагуглила, как достучаться до алкоголика, и воспользовалась одним из советов.

Сама Джейн не меньше трех раз выводила из запоя мать и один раз – сестру. Если кто и умел заставить человека бросить пить, так это она. Она знала все лучшие клиники. Другие семьи рекомендовали друг другу рестораны и курорты, а в их семье знали, куда поехать лечиться от алкоголизма.

Письмо Эллисон, как и она сама, оказалось добрым и полным поддержки. В нем она вспоминала Джейн в ее лучшие годы. Написала ей хвалебную речь и перешла к главному. Джейн, писала Эллисон, была самой умной и веселой из всех ее знакомых. Она достигла огромных успехов. Дети Эллисон ее обожали. Эллисон беспокоилась, что Джейн слишком много пьет. Боялась, что, если не скажет это сейчас, это будет равноценно потаканию саморазрушительному поведению Джейн. Поэтому она говорила об этом сейчас, хотя это было очень трудно.

Джейн еле удержалась от вопроса, хочет ли Эллисон получить медаль за свое хорошее поведение. Она понимала, что подруга действует в ее интересах, но не слишком ли ей легко судить, какое поведение считается «нормальным»? У Эллисон была идеальная семья и идеальная жизнь. Не попахивает ли излишним самодовольством намек, что в Авадапквите ничего не укроется от ее внимания?

Джейн захотелось рассказать, что двоюродный брат Криса хоть и заметил, как она покупала спиртное в винном магазине, не видел, как на прошлой неделе она заехала на тротуар перед кафе-мороженым после полуночи, когда пьяная отправилась в «Уолгринз» за макаронами с сыром. Никто в Авадапквите не знал, что на прошлой неделе она поругалась с каким-то ученым в твиттере, назвала его козлом, и ее забанили на сорок восемь часов. Даже Эллисон с ее шпионской сетью не могла знать всего.

Джейн, как никогда, жалела, что ее дом состоит из открытых пространств. Между кухней, обеденной зоной и гостиной не было перегородок. Будь в доме стены и двери, она бы заперлась на кухне, достала бокал из-под раковины и выпила вино залпом. Джейн чувствовала себя утопающей, что видит вдалеке надувной плот, но не может до него дотянуться.

— Я понимаю, это трудно осмыслить сразу. Но пообещай подумать, ладно? – предложила Эллисон. – Алкоголь так много у тебя забрал и ничего не дал взамен. Джейн, я всю жизнь наблюдала, как ты мучилась с матерью. Мне не надо тебе объяснять, что такое зависимость. Меня убивает, что ты попалась в ту же ловушку. Несмотря ни на что.

Джейн показалось, что Эллисон грохнется в обморок от нервов.

Она преувеличивала. Не так все плохо.

— Послушай, – как можно спокойнее произнесла Джейн, – спасибо за беспокойство. Я очень рада, что ты так обо мне заботишься. Но у меня правда все в порядке. Если бы что-то было не так, я бы сказала.

— Врешь, – ответила Эллисон.

— Что?

— Я так долго ничего не говорила, потому что люблю тебя, Джейн, и знаю, что ты пережила. Но я не могу спокойно смотреть, как ты рушишь свою жизнь. Не могу просто сидеть и ничего не делать, – заявила Эллисон. – Подруги так не поступают. К тому же на мне это тоже сказывается. Я уснуть не могу и постоянно гружу Криса своими переживаниями за тебя, повторяю, как мне грустно из-за того, как ты поступила с Дэвидом, и придумываю, как можно все исправить.