Книга Развод. Больше не люби меня, страница 43 – Даша Черничная

Все очень просто: приходишь в офис к Тимуру и выдаешь: я хочу развалить бизнес мужа. И вуаля.

Но конечно, я этого не говорю.

— Нет никакого секрета, Рит. Пересеклись, пообщались, и он пригласил меня сюда.

— Ага, и брюликов на пару лямов просто так отсыпал.

— Настоящий мужчина, что скажешь.

— А твой-то бэушные бриллианты на свою девку нацепил… А она и сидит довольная, думает, мы все нихера не понимаем.

Саша

— Рита, свали, — Костя стоит в коридоре, и Ритка бросает на меня тревожный взгляд.

— Костя, ты бы выбирал выражения! — оскорбляется.

— Рита! — рычит на нее.

— Все в порядке, Рит. Можешь идти, — говорю спокойно.

— Урод, — шепчет она, проходя мимо Кости, но тот никак не реагирует.

Я переплетаю руки под грудью и смотрю на бывшего мужа. Не спешу начинать разговор.

Костя разъярен. Глаза налиты красным, дышит тяжело. На шее пульсирует вена, руки сжаты в кулаки.

— Решила мне нож в спину всадить? — выплевывает яростно.

— Теперь ты знаешь, какое это великолепное ощущение, — произношу без тени превосходства — просто сухая констатация факта.

Костя прищуривается, делает неспешный шаг вперед:

— Выходит, все, что происходило в последние недели, лишь представление?

Я не отвечаю ничего, только смотрю ему в глаза.

— Невинную овечку строила из себя. И ради чего? Неужели ради бабла? Чтобы я вернул? А я ведь повелся на твои глазки, сука. Отдал все тебе…

— Ты отдал мне мое, Костя. Я не забрала ничего сверх того. Деньги — мои. Цацки тоже. Или что, ты хотел все мои драгоценности отдать своим бабам? Как в гареме, наложницам раздать, да? То, что ты мне на дни рождения и юбилеи дарил? На рождение детей? Фу-у, Завьялов, это слишком мерзко даже для тебя.

— Не собирался я твои брюлики никому отдавать. Вероника без спроса влезла в сейф и забрала оттуда украшения. Я увидел слишком поздно, когда она уже все нацепила на себя.

— Да пусть она подавится этими драгоценностями! А ты прямо бедненький. Обвели тебя вокруг пальца, да?

У Кости на лице ходят желваки от того, насколько сильно он сжимает зубы:

— Это ты меня наебала, Саша.

— Еще раз повторяю: я забрала свое, — стараюсь говорить спокойно. — Это мои деньги.

— Я кормил тебя, пока ты это бабло откладывала. Так что это и мои бабки.

— Ты мелочная скотина, Костя.

— А ты сука, — цедит. — Не стыдно было в любви мне клясться?

— Не стыдно, Костя, — произношу хрипло. — Тебе же не было стыдно притащить на всеобщее обозрение свою любовницу.

— Она здесь в качестве моей помощницы. Тебе ли не знать, что на таких приемах часто решаются деловые вопросы.

Это действительно так. Только вот отчего-то все здесь оказались в курсе, кого Завьялов трахает.

— Что ж ты свою пятидесятилетнюю Оксану не позвал с собой? — выдаю усмешку. Сама же нахожусь на грани срыва. — Готова поспорить, она более профессиональна, чем твоя Ника. И в деловых вопросах более подкована. Или с недавних пор тебя интересует другого рода профессионализм?

Намекаю на сцену, которую застала в кабинете.

— Все присутствующие в курсе, кем тебе приходится твоя спутница, Костя. А ты идиот, если не понимаешь этого. Мне просто интересно — как давно ты трахаешься на стороне? И ведь не только с Никой, но с другими?

Костя не оскорбляется от моего вопроса, только смотрит мне в глаза, даже не думая опустить взгляд, а потом и вовсе произносит со злостью: