Книга Развод. Больше не люби меня, страница 44 – Даша Черничная

— Давно, Саша, — и мерзко улыбается. — Как ты забеременела и осела дома, так я и начал трахать других.

Меня аж трясет. Мандраж жуткий. И сразу к горлу подкатывает ком. Даже сидя дома, я старалась выглядеть хорошо. Ухаживала за собой, носила красивую одежду.

Этот факт как вскрывшийся нарыв. Очередной плевок любимого мужа мне в спину. Боже, да когда это закончится?

Костя все видит, все мои эмоции считывает.

— Представляешь, я трахал их, а потом приходил домой, к тебе, — и снова выдает улыбку.

Замахиваюсь, бью Костю по роже.

— Какой же ты мерзкий.

На щеке бывшего мужа красуется след от моей ладони.

Костя перехватывает мои руки и вжимает меня в стену:

— Ты не лучше, Саша. Едва наш брак пошатнулся, так ты, как сраная крыса, побежала к другому! Да еще к кому! Как тебе под Ардашевым? Согрела его постель? Отнесла ему все мои секреты?

— Ты сам во всем виноват, Костя! И да, под Ардашевым прекрасно, — вместо улыбки скалюсь. — Лучше, чем под тобой.

Костя замахивается и бьет меня по лицу, а я не успеваю отреагировать... Боли не чувствую, но вот чувство собственного достоинства летит в пропасть.

Слезы наполняют глаза. Меня никогда не били. Костя ни разу не поднимал на меня руку, даже в самые тяжелые моменты и во время скандалов он сохранял достоинство. Мне жаль себя. Душат обида и чувство досады. За прошлое и настоящее, за себя и детей, за то, что теперь не представляю, как буду верить мужчинам.

Костю оттягивают прочь, и я могу оценить обстановку.

Ардашев толкает моего мужа в стену, замахивается и бьет кулаком в челюсть. Что-то хрустит, Костя сдавленно стонет.

Бывший муж трясет головой и переводит взгляд с меня на Тимура, который закрывает меня от Кости.

За широкой спиной Ардашева я перевожу дыхание и осознаю, что теперь я под защитой. Я не общалась близко с Тимуром, но мне кажется, он не из тех мужчин, которые оставят женщину в беде.

В начале коридора переминаются с ноги на ногу охранник Шмидта и водитель Ардашева — сейчас я понимаю, что, скорее всего, он еще и телохранитель.

Костя сплевывает на пол кровь, переводит взгляд с меня на Тимура и растягивает рот в кровавой улыбке:

— А я вот только сейчас понял: вы двое и раньше были вместе, да? Блять, как же я раньше не додумался! Не сложил очевидные факты! Вы ведь давно трахаетесь!

Ардашев оборачивается ко мне, будто перепроверяет, действительно ли я стою за его спиной и все слышу.

— Что ты несешь, Костя? — спрашиваю сдавленно. — Это бред.

— Мать была права: Мила не моя. Она же копия Ардашева! — Костя истерически хохочет. — А я конченый лох. Ты тварь, Саша. Трахалась с ним, залетела от него, а девку моей назвала! Ну и су-у-ука!

Костя что-то еще вопит, он явно не в себе, а я стекаю на пол, ноги подкашиваются.

Тимур смотрит на меня со странным выражением на лице. Я не могу разобрать его чувства: злость, жалость — что это? Взгляд придавливает меня к полу еще сильнее, и мне хочется попросить прощения у Тимура, хотя извиняться мне не за что, разве что за скандал.

Фоном я с ужасом думаю, что Милка и вправду чем-то похожа на Ардашева. Есть некоторое сходство. Оба темноволосые, с карими глазами.

Тимур подходит к Косте и что-то говорит ему на ухо. Тот отстраняется и заглядывает в лицо Ардашеву. Замирает на секунду, а потом с ревом бросается на него.