Книга Метод подчинения, страница 4 – Полина Ветер

В них все по-другому.

Дико, необузданно и грязно.

От этого становится страшно.

Ведь я, даже после того, как получаю проверенный оргазм с мужем, все равно занимаюсь сексом во сне с человеком, который окатил меня грязью из лужи.

Это полный привет…

* * *

Утро врывается ко мне пронзительной трелью телефона. И это не будильник, как я думаю в начале, а демон с именем моей матери.

У нас сложные отношения с мамой. После того, как я вышла замуж и переехала от них, моя родительница почему-то решила, что я нуждаюсь в особой опеке и тотальном контроле, из-за чего у нас и стали возникать постоянные стычки. Я тоже не подарок, конечно, и могу быть грубой и резкой иногда, но чаще всего просто молчу или не беру трубку, когда она звонит.

— Да, мам.

— Привет, соня! Сколько можно дрыхнуть? Я уже давно на ногах!

— Семь часов утра… Сегодня же воскресенье…

— Ну и что! – Голос её удивляет своей бодростью. Она наверняка сейчас на беговой дорожке или в позе лотоса на полу. – Вообще-то у тебя семья, которой требуется твое внимание. Нельзя бесполезно растрачивать время.

Мама болезненно отнеслась к тому, что я так «резко и неожиданно» после двух лет отношений вышла замуж за Лёшу. Ей почему-то казалось, что моё время ещё не пришло, и надо бы поискать получше себе жениха. И до сих пор не устает мне об этом напоминать. Я её не виню, вроде она же за меня беспокоится, но иногда это становится невыносимо. Её стремление показать неверность моего выбора.

— Это все, что ты хотела мне сказать?

— Нет. Я вообще-то звоню, чтобы спросить, ты давно с братом разговаривала?

— Давненько. А что случилось?

— Он не отвечает на мои звонки. Я уж не знаю, что думать. Опять куда-то вляпался, не иначе.

— Мам, может хватит с ним нянчиться? Сашке уже двадцать два. Он взрослый.

— Ага. Все вы взрослые! Я мать вообще-то. И я переживаю. Позвони ему.

— Ладно, позвоню. Это все? Можно теперь сон досмотреть?

— Какой сон! Прямо сейчас звони!

— Мама, сейчас семь утра. Даже я еще сплю, а Сашка-то и подавно у кого-нибудь из друзей дрыхнет. Поди опять под утро приперся, выходные же.

— Ну вот что за наказание?

— Я позвоню попозже, не волнуйся. Просто не хочет выслушивать очередной раз, какой он непутевый сын.

— Если так и есть. Это он в отца весь. Тот тоже куролесил, как хотел.

— Все, мамуль. Я отключаюсь. Пока.

Может это не очень хорошо, но почему-то нет никакого желания с утра в выходной выслушивать, какой мой брат безалаберный и безответственный балбес. В принципе, так и есть. Только эта информация не новая, и сейчас об этом думать и говорить не хочу.

У нас с братом разные отцы. Мой умер, когда мне было семь. Они с мамой уже тогда не жили вместе. Она встретила Сашкиного папашу и потратила на этого козла пятнадцать лет, прежде чем мозги её встали на место, и мужик был выставлен из квартиры со скромными пожитками.

Брат не отчитывается передо мной о своей веселой жизни, но у нас довольно теплые отношения, несмотря на то, что он – редкостный говнюк.

Я люблю свою семью. Хоть они изрядно портят мне нервы.

В итоге, Сашка не берет трубку три дня.

Раньше никогда такого не было. Он может долго динамить маму или отца, но друг другу отвечаем сразу, по возможности. Я набираю его снова и снова, дома и во время работы на зачуханном складе, где тружусь кладовщицей уже добрых три года. Признаюсь, желание сбежать оттуда у меня зародилось с первого дня, но у нас ипотека, а у Лёши тогда был «не лучший» период, поэтому батрачу я пять дней в неделю за несчастные копейки, которых и хватает только на оплату наших долгов.