Онлайн книга «Прости, малышка...»
|
Как я оказалась здесь? Это сложно объяснить. Точнее, проще простого. Слава был первым человеком, заставшим меня, сбегающую с места преступления в приступе истерической паники. Я просто рухнула в его объятия, не соображая, что произошло, как я смогла такое сотворить, и за что все это свалилось мне на голову. Может, видя мое невменяемое состояние, а может по каким-то другим причинам, охранник моего босса сунул мне в руки деньги и листок с адресом, вызвал такси и отправил сюда, в этот поселок. Велел дождаться его и ничего не предпринимать, без его ведома, пока не вернется. Он забрал мой телефон, сумочку с паспортом, но я была в такой сумеречной прострации, что смогла лишь послушно забраться на заднее сидение такси и протрястись там всю дорогу до пункта назначения. Найдя в указанном месте ключ, я трясущимися руками открыла дверь в свое размеренное спокойное будущее рядом с человеком, которого совершенно не знаю и никак не могу понять. Зачем ему все это надо? Славу нельзя назвать молодым. Ему около сорока. Судя по всему, не женат, и насколько я знаю, детей у него нет. По крайней мере, никогда о них не слышала. Он немногословен и почти всегда серьезен. Лишь изредка на пухлых губах можно увидеть подобие улыбки. Он высокий, мускулистый и побритый почти наголо. Но, несмотря на угрожающий вид моего странного сожителя, с ним мне почему-то спокойно. Почти за три месяца совместного проживания он ни разу не оскорбил меня, не обидел и не домогался. Только требовал чистоту в доме, вещах и горячую еду. Мне разрешено ходить в сад, но за ворота – ни под каким предлогом. Хотя хозяин дома говорит, что это временно, пока страсти не улягутся. Слава не обсуждает со мной работу, и я не задаю никаких вопросов. Просто существую здесь, пока он позволяет, с постоянной мыслью о том, что, когда ему это все надоест, я вновь окажусь на улице. Если мне не надоест раньше. *** Первую неделю после той ночи я пребывала в прострации. Не помню, как засыпала и просыпалась, жила, и что происходило вокруг меня. Слава молча приносил продукты и готовил еду сам, заставляя меня хоть что-нибудь съесть. Потом, как-то резко пришло осознание, что эта обстановка станет моим пристанищем надолго. Не знаю, почему. Просто почувствовала это и как-то смирилась что ли. Стала помогать ему, хозяйничать в доме, пока его нет, и постепенно это перешло в распорядок. Само собой как-то. Негласные правила. Никто их не устанавливал. Но они есть. Я благодарна ему, и выражаю эту благодарность, как могу. Он хорошо ко мне относится и позволяет жить в своем доме. К тому же, здесь все условия для залечивания душевных травм. А с этим у меня как раз проблемы. Ежедневная рутина и однообразие выполняемых мной дел немного остужает и смазывает картинки прошлого сентября. Но как бы мне не хотелось забыть и не возвращаться к тем злосчастным событиям, у меня не выходит. По ночам, когда, после невыносимой тоски по Максиму и приступов самобичевания, все-таки удается уснуть, мне снятся кошмары. В них, в основном, я и Антон. Иногда просто кто-то гонится за мной или пытается изнасиловать. Иногда убить. Каждый раз отчетливо слышу звон разбивающегося стекла. Просыпаюсь в холодном поту. Почти каждую ночь. За исключением редких случаев, когда мне снятся черные, как омут глаза, окруженные темно-красным бархатом. |