Книга Прости, малышка..., страница 62 – Полина Ветер

Мы проходим мимо отдела элегантной женской одежды. Я бы никогда сама в такой не зашла. Но останавливаюсь непроизвольно, потому что на витрине манекен в платье моей мечты. Оно длинное, темно-синее, с целомудренным вырезом на груди, но просто сногсшибательным – от самого верха бедра. Ткань искрится и переливается. А самое главное, даже навскидку могу сказать, совершенно точно моего размера.

Слава видит мой заинтересованный взгляд и бросает уверенное: «Пошли». Тащит меня за руку внутрь, и говорит размалеванной напыщенной продавщице, что мы хотим примерить это платье. Она смотрит на меня брезгливо, но, после убийственного взгляда моего спутника, все же, снимает вещь с манекена, указав путь в примерочную. Там я быстро скидываю свои потрепанные шмотки, и, прежде чем облачиться в прекрасную сияющую материю, смотрю на ценник.

Невольно присвистываю.

Сомневаюсь, что Слава в здравом уме и трезвой памяти потратит такую сумму на мой новогодний наряд.

Сомневаюсь, что такая сумма у него вообще есть.

Настроение падает. Но я все равно решаю померить, чтобы хотя бы оставить память приятных ощущений. В одно мгновение надеваю. Смотрю в зеркало. В глазах наворачиваются слезы. Оно как вторая кожа, сидит безупречно. Просто волшебно переливается и подчеркивает линии моего худенького тела, делая его стройным. А разрез… Нет слов. К нему бы еще туфли на шпильке…

Чувствую ком в горле. Да что со мной такое!

Нельзя же так расстраиваться из-за какой-то шмотки! Пусть даже такой умопомрачительной. Просто не узнаю себя.

На мгновение мелькает мысль, может стащить его? Но в таком дорогом бутике это вряд ли возможно. Да и я давно не практиковалась.

Поэтому, скрепя сердце стаскиваю это волшебство, успокаивая себя тем, что мне все равно некуда его надеть, и ближайший Новый год, возможно, вообще придется ночевать на улице.

Так, плохие мысли прочь.

За шторкой слышится нетерпеливое ворчание.

— У тебя там все хорошо?

— Да, я сейчас.

Я напяливаю свое тряпье и последний раз прикасаюсь к платью, чтобы запомнить его на ощупь. В этот момент снаружи слышу какое-то кряхтение и отчетливые слова:

— Она здесь?

Я безоговорочно узнаю этот голос. Дрожь накрывает все тело, но сообразить, что делать не успеваю, потому что штора примерочной резко открывается и весь проход наружу закрывает огромная фигура. Поднимаю глаза. Натыкаюсь на сердитый взгляд.

— Сама пойдешь, девочка, или помочь?

* * *

Бизон смотрит выжидающе. Я, кажется, проглотила язык от страха и неожиданности. Тупо пялюсь на него и ни слова не могу вымолвить. Паровоз отходит в сторону, освобождая мне путь. Делаю неуверенный шаг. Первая мысль, когда оказываюсь в павильоне магазина: «Бежать!»

Но… Можно, конечно попытаться, если вдруг стать невидимкой и выпорхнуть в щель между стеклами. Черт. Кроме Бизона в помещении еще два охранника, один из которых стоит рядом с перепуганной продавщицей. Ей, наверное, невдомек, чем заинтересовала этих качков моя скромная персона. Только я сейчас не об этом думаю. А о том, что им от меня опять нужно?

«Корлеоне» не наигрался?

Слава чем-то насолил?

Стоп. Где Слава? Только сейчас понимаю, что его здесь нет. Выхожу из бутика в компании трёх «птенчиков», как их окрестила Валентина Васильевна, стараясь не думать о плохом. Мне очень не нравится мысль, что они могут причинить ему вред. А может он с ними заодно?