Книга Наши запреты, страница 165 – Лина Мур

— Иначе ты применишь свои пытки на мне?

— Именно, — киваю я.

— Я буду жаловаться на тебя Дрону, Лейк.

— Сделай это, пусть он тебе отсосёт, но в полдень ты будешь в палате своей сестры. Понял?

— Да, — мрачно кивает Роко. — Почему папа до сих пор спит? Лучше пусть занимает тебя собой, чем ты третируешь всех нас.

Продолжая бубнить себе под нос, Роко выходит из дома, а я качаю головой. Такой классный придурок, я его обожаю.

— Лейк?

Я оборачиваюсь на голос Лонни. Что-то не так. Он держит в руках букет цветов, и на его лице написано напряжение.

— Чёрт, Рубен, да? Он привёз их сюда? — спрашиваю, с отвращением глядя на цветы.

— Да. И записку.

Лонни протягивает мне конверт. Я открываю его и вижу почерк Рубена. Это реально. Кажется, только сейчас я осознаю, что Рубен, и правда, рядом. Он близко, и я могу добраться до него. Я могу достичь своей цели и отомстить ему.

«Мне так жаль, что я напугал тебя, Лейк. Прости меня. Я больше так не буду».

Закатываю глаза и рву записку на мелкие кусочки.

— Я же говорила, что он будет извиняться. Он всегда так делает. Следующий его шаг — требования. Он якобы смягчился, чтобы подавить сопротивление, вызвать у меня жалость, а затем объяснит, чего он хочет и будет требовать послушания. Проходили уже. Выбрось их, Лонни. Я ненавижу цветы. Он испоганил даже этот романтический жест для меня, — холодно говорю я. — Их привёз курьер, верно? Он же не светился?

— Нет. Мы уже даже пробили заказчика, он использовал подставного человека и украл деньги с его карты.

— Мило, — фыркаю я. — Слушай, разве у обычных рядовых в вашем мире есть такие полномочия? Я говорю о том, что у Рубена словно развязаны руки. Абсолютно развязаны, как будто он и есть босс.

— Ты права. Джеймс дал ему власть, большую власть, и закрыл глаза на всё, зная, что он может за это поплатиться. У парней, вроде Рубена, тоже есть правила поведения в семье. И уж точно они никогда не будут третировать босса другой семьи, так как это грозит серьёзным наказанием, а точнее, смертью. Это запрещено. Это доказывает, что другая семья официально объявила войну, что карается по нашим законам. На любом собрании подобное будет расценено, как преступление. Да, у нас есть недомолвки между семьями, но подобное сейчас сильно контролируется. Мы пытаемся поддерживать здоровые отношения друг между другом, жить в согласии и мире, поэтому у нас есть чёткое распределение ниш и обязанностей.

— То есть Рубен может держать Джеймса за яйца какой-то информацией, которая точно подпишет Джеймсу смертный приговор?

— Может быть. А может быть, Джеймс просто трус. Мы узнаем.

— Хорошо. Будь другом, привези Доминика к полудню в больницу. Скажи ему, что его дети будут ждать в палате Раэлии, и это срочно.

— Что ты задумала? — прищуривается Лонни.

— Прекратить это дерьмо между ними. Или сегодня, или никогда. Они сами трусят, так что я возьму весь огонь на себя.

— Он же взбесится, Лейк. Ты будешь виноватой.

— Знаю и готова к этому. Я даже собрала свои вещи, потому что чётко представляю реакцию Доминика, но дожму их всех. Пусть это будет последним, что я сделаю, но я это сделаю.

— Ты безумна, Лейк. Просто безумна.

— Спасибо, — подмигнув ему, выхожу из дома и сажусь в машину. Мне нужно проветрить мозги, а также дать возможность Рубену со мной встретиться. Он будет искать эту возможность. Ему она нужна.