Книга Твои условия, страница 115 – Лина Мур

— Всё было настолько тяжело? — смеюсь я, переложив ноутбук на постель. Придвигаюсь к нему и запускаю пальцы в его отросшие волосы. Михаил снова стонет и забирается головой на мои колени.

— Эти встречи такие нудные. Я не думал, что Роко всем этим занимался. Это так… скучно, — тянет он.

— Бизнес есть бизнес. Переговоры, встречи, руководство.

— Я хочу вернуться в больницу. У меня даже выработался нервный тик, — Михаил кладёт руку на моё бедро и начинает по нему постукивать пальцем. — Видишь? Мне нужен скальпель или… что-то другое, чтобы занять мою чёртову руку.

— Ты хочешь снова вернуться к работе в госпитале? Снова быть детским травматологом? — спрашиваю его.

Он переворачивается на спину и садится на кровати.

— Каждый день я всё больше и больше вспоминаю о своей работе. И мне она очень нравится. Нравится это ощущение внутри. Нравятся дети и их улыбки. Нравится ловить всяких мудаков и сдавать их. Я хочу вернуться, — кивает он. — Думаю, что если я снова буду работать в больнице, то вспомню всё.

— А воспоминания стали быстрее возвращаться, да? — напряжённо спрашиваю его.

— Да. Сегодня я был на приёме у врача в больнице, и знаешь, это как параллельный мир. Мой взгляд останавливается на чём-то, и я вижу абсолютно другую картинку. Снова и снова. Иногда я теряюсь в этих воспоминаниях о том, что происходит в моей жизни в реальности.

— А что говорит врач? Это нормально?

— Нормально. Так и должно быть. Мозг начинает полноценно функционировать и восстанавливать пропущенные фрагменты. Но он не даёт гарантии, что я вспомню всё. Вероятно, останутся некоторые пробелы в моей памяти.

— Не волнуйся, Михаил, мы восполним их, как только вся твоя память вернётся, и ты поймёшь, что что-то упустил.

— Да, — он задумчиво смотрит перед собой. — Как это со мной случилось?

— Что? — шепчу я.

Он поворачивает ко мне голову, и я сглатываю.

— Как я попал под машину. Почему? Меня пытались убить, но… как? Я хочу восстановить этот фрагмент в своей голове. Расскажи мне. Ты там была?

— Михаил, это…

— Я имею право знать. Не веди себя, как мой отец, Раэлия. Мне нужны эти воспоминания, и мой врач сказал, что теперь я могу спрашивать. С моей головой всё в порядке. Ты не можешь меня лишить их. Чем быстрее я всё вспомню, тем мне будет проще.

Глубоко вздыхаю и прячу взгляд. Ну вот как ему рассказать? Как признаться в том, что это я его толкнула? Я и есть та самая убийца.

— Раэлия, — Михаил придвигается ближе ко мне и касается моей руки. — расскажи мне. Я выдержу.

— Вряд ли, — шепчу я.

— Что там на самом деле случилось? Почему это случилось со мной? Потому что я стал частью семьи? Я кому-то перешёл дорогу? Или я убил чьего-то ребёнка? Я кого-то не спас? Был плохим врачом? Или я был плохим человеком? Я…

— Чёрт, остановись, — резко прошу его. — Всё было не так. Ты как был, так и остался потрясающим человеком. Ты… спас меня, Михаил. Это меня должна была быть машина, а не тебя. Ты спас мне жизнь.

Он непонимающе вглядывается в мои глаза, словно ищет в них ответ. Придётся рассказать. Да, я надеялась, что избегу этой участи, что Михаил вспомнит всё сам, и я не буду находиться снова в прошлом, переживая то, как он летел в воздух и с каким глухим стоном упал. Я не буду переживать тот страх за него, когда глаза Михаила были закрыты, а его кровь расползалась вокруг него, словно издеваясь над моим сердцем. Я не буду переживать то же чувство вины, когда Ида кричала и указывала на меня пальцем, обвиняя в убийстве. Я так надеялась, что не буду переживать снова тот момент, когда он бросил меня. Не буду снова страдать, переживая ломку и ужас от осознания того, что я убила его. Не буду смотреть в его глаза и слышать о том, что он больше меня не любит. Я думала, что мне не будет так больно во второй раз. Но это происходит с каждым словом, с каждым признанием, с каждым вздохом и с каждой слезой. Это происходит, и страх вновь становится сильнее меня, заставляя меня тонуть в отчаянии, желании умереть и исполнить своё обещание, которое я дала ему.