Книга Кривые зеркала, страница 112 – Жанна Даниленко

— Заметил я с неделю назад некую странность в Юлином поведении, — начал своё повествование Иван. — То есть с одной стороны всё было как всегда, она вернулась домой раньше меня, забрала к себе вашего сына, чтобы Наталья Викторовна отдохнула и поспала, и принялась за готовку. Готовит она для нас и для вас с женой отдельно, и продуктовые корзины у неё для нас с вами разные — надеюсь, что вы в курсе. Я ей на питание деньги даю. Так вот, когда я пришёл, Юля усадила меня ужинать, а сама не стала, только чай попила, сказала, что поела раньше — не дождалась. Я тогда этому значения не придал. — Иван наблюдал, как заинтересованно его слушает Лапин. — Мы погуляли, Женечка хорошо поспал на улице, мы по мороженому съели, вернулись домой. На следующий день мы дежурили, а через день всё повторилось. Позавчера Юля чуть не упала в обморок в операционной. Сказать честно, я решил, что она заболела, напоил её сладким чаем с печеньем, кровь заставил сдать, вроде бы обошлось, а вчера я понял, что она просто голодная. — Иван развёл руками. — А понял я это так: мы давеча вместе шли домой, у неё последней парой хирургия была, а я закончил пораньше, зашли в магазин, и она вдруг попросила занять ей денег до зарплаты, потому что мама велела ей купить сахар, а деньги у Юли кончились. — Иван подождал какое-то время, считывая реакцию собеседника.

— Погоди, я правильно понял, что Наташа даёт Юле поручения купить то или другое, а деньги ей не возвращает? — У Лапина глаза чуть из орбит не вылезли.

— Именно так. Я посчитал правильным поставить вас в известность. Голодать Юля не будет, это то, что я вам обещаю со своей стороны. А остальное уже дело ваше.

Лапин выглядел шокированным, качал головой, поднимал и опускал руки, ведя беззвучный диалог с самим собой. В итоге попросил у Ивана сигарету, и они вместе закурили.

— Вань, я разберусь! — Он схватился за голову. — Наташа как будто с ума сошла, после смерти матери её как подменили. Или, может быть, повлияло то, как я налажал. И если Юлька видела всё своими глазами, то Наташа догадывалась.

— Сделанного не воротишь, — произнёс Соколовский. — Пойдёмте в зал, нам надо как-то пережить этот вечер.

Лапин ушёл пораньше, сослался на наличие маленького ребёнка в доме, а Ивану пришлось отсидеть до конца. И по завершении этого фарса вызывать такси и везти захмелевшую жену с цветами домой, там ставить всё это богатство по вазам и выслушивать Светкины речи и похвалы себе любимой. Светлана настойчиво тянула его в супружескую постель, но Иван, с трудом уложив её спать, ушёл в комнату сына.

* * *

Александр Васильевич прямо из ресторана направился к Юле. Дочь только искупала брата, открыла отцу с завёрнутым в махровое полотенце Женечкой. Малыш, увидев отца, протянул ручки, раскапризничался, расплакался, требуя отцово внимание и повторяя бессчётное количество раз слово «папа». Александр разулся, вымыл руки, снял пиджак и галстук и взял на руки сына.

— Кушать хочешь, Евгений Александрович? Пойдём глянем, что нам тут Юленька приготовила.

Прошествовав на кухню, увидел бутылочки с кашей и компотом. Сын ел с аппетитом, казалось, что если ему дать вторую бутылку с кашей, то он и её съест.

— Проглот! — резюмировал Александр.

— Да, поесть он любит, — отвечала Юля, — но Танина мама утверждает, что в этом возрасте красота ребёнка определяется толщиной щёк.