Книга Тамбовский волк, страница 16 – Виктория Рогозина

— Всё, хватит романтики. Пошли в общагу, пока нас кто-нибудь не сфоткал для студенческой газеты под заголовком «Обезумевшие от сессии».

Полина, поёживаясь, глянула на свои джинсы и мокрые кеды, в которых теперь громко чавкала вода. Осень хоть и стояла тёплая, но после купания в озере в одежде ветерок стал куда менее приятным.

— У меня вещи остались в аудитории, — буркнула она, кутаясь в собственные руки. — Телефон, рюкзак, тетрадь… Даже сменка.

Макар поморщился, как будто она сообщила ему, что намерена писать диплом по логике.

— Пф, ботаник прибежит и всё принесёт, — небрежно бросил он, имея в виду Дениса.

Полина скрестила руки на груди, зябко потирая плечи. По коже побежали мурашки. Прогулка становилась всё менее забавной.

— Если я заболею, виноват будешь ты, — пробормотала она, не глядя на него, — мне потом за таблетками и каплями бегать будешь...

Макар медленно подошёл ближе, не дотрагиваясь, но создавая то напряжение, от которого всегда сбивается дыхание. Он наклонился так, что губы почти коснулись её уха, и прошептал с удивительной мягкостью:

— Тебе же хуже... Ведь я буду тебя лечить.

От его голоса мурашки пошли уже не от холода. Полина густо покраснела, даже уши налились жаром. Она резко отвернулась, чтобы он не заметил, и быстро пошла к выходу из сада, старательно избегая взгляда назад.

— Сам себя лечи, доктор невменяемый, — пробормотала она, но голос выдал её — слишком тихо, почти с улыбкой.

Макар только фыркнул, глядя ей вслед, и, неторопливо ступая по мокрой дорожке, последовал за ней.

Полина толкнула дверь в комнату плечом — пальцы едва гнулись от холода. В нос ударил привычный запах яблочной жвачки и тонкого женского парфюма — Регина только-только вернулась с пар и как обычно наспех освежилась. Она стояла перед зеркалом с расческой в руках и, заметив Полину, прищурилась.

— А ты чего мокрая? — удивленно спросила она, откровенно разглядывая подругу с прилипшими к вискам волосами и влажной водолазке, которая липла к плечам.

Полина отмахнулась, задыхаясь от лёгкого бега и ещё не до конца отошедшая от дневных приключений.

— Это… долгая история. Потом расскажу. — Она выдернула из-под кровати пакет с полотенцем и чистой одеждой, и, не дожидаясь реакции, поспешила к выходу. — Пошла в душ, окей?

— Ага, жду, — крикнула ей в спину Регина, явно заинтригованная.

Полина почти выбежала из здания, босиком в тапочках по асфальту, перелетела через лужицу, подхватила пакетом край халата и нырнула в здание душевой. Остывшее тело ныло. Быстро скинув мокрую одежду и швырнув её в пластмассовый тазик, она встала под горячую воду, смывая с себя озеро, остатки обиды и неловкости. Пар окутал её, будто защищая.

Через десять минут, вытершись насухо и заплетя волосы в косу, Полина натянула чистые спортивные штаны и толстовку. Подхватив тазик с мокрыми шмотками, она почти бегом вернулась в общежитие, перескакивая через знакомые щербатые плитки.

На пороге её уже ждала Регина, с кружкой чая в руке и поднятой бровью.

— Так, теперь рассказывай. Ты что, в озеро упала?

Полина только хмыкнула и поставила тазик у батареи.

— Не я. Меня уронили. Добровольно-принудительно. Макар, если быть точной.

Регина присвистнула.

— Ух ты. Ну всё, выкладывай. Прямо сейчас. С подробностями.