Книга Тамбовский волк, страница 25 – Виктория Рогозина

За вечер она познакомилась с десятком человек, успела потанцевать, послушать музыку, даже немного посмеяться. А сейчас — только пустота и нарастающая усталость. Тяжёлая, тянущая.

Оглядевшись, она увидела, как Артём уже танцует с какой-то другой — светловолосой девушкой в ярком платье. Он смеялся, что-то говорил ей на ухо, и та кокетливо прижималась к его плечу.

Денис в это время увлечённо болтал с группой приятелей, и, судя по жестикуляции, рассказывал очередную историю, поднимая настроение.

А у дальней стены, как ни странно, Полина заметила Макара. Он стоял с видом короля бала, чуть наклонив голову, позволял двум старшекурсницам буквально облепить себя вниманием. Те смеялись, играюще касались его руки, что-то нашёптывали. Макара это явно забавляло.

Полина воспользовалась этим мгновением, когда никто на неё не смотрел. Быстро, почти на цыпочках, она вышла из зала, прошла гардероб, не забирая ничего, и, миновав фойе, выскользнула наружу.

На улице было прохладно, но приятно — осень в этом году выдалась неожиданно тёплой. Листва под ногами чуть шелестела, свет от фонарей был рассеянным, будто приглушённым. Полина вдохнула полной грудью — воздух был свежий, живой. Впервые за весь вечер она почувствовала спокойствие.

Редкие прохожие, чьи лица терялись в полумраке, не обращали на неё внимания. Машины изредка проносились мимо, оставляя за собой тонкие дорожки света. Всё вокруг будто замедлилось.

Полина ускорила шаг, направляясь к Московскому шоссе. Ей было нужно это — идти, слышать стук собственных шагов и дышать. Пусть вечер закончился не сказочно, зато — без громких сцен. И без лишнего.

Полина дошла до перекрёстка и свернула на Московское шоссе, освещённое редкими фонарями. Дорога к университету была ей знакома — широкие тротуары, ритмичный шум проезжающих машин, редкие прохожие, погружённые в свои мысли. Она шла быстрым шагом, кутаясь в своё одиночество и в теплую осеннюю ночь, стараясь окончательно стряхнуть с себя клубок воспоминаний и тревог.

Но когда она подошла к очередному перекрёстку, сердце внезапно кольнуло — рядом с тротуаром с визгом тормозов остановилась заниженная «Калина». Громкая музыка с басами грохотала из опущенных стёкол. Из машины вынырнул маргинального вида парень с густой бородой и в тёмной куртке. Он наклонился ближе к тротуару и, скаля зубы в ухмылке, сказал с грубым акцентом:

— Эй, красотка! Не хочешь прокатиться? Чё одна шатаешься ночью?

Полина остановилась лишь на долю секунды, быстро метнув взгляд на него и в машину — в салоне она заметила ещё двоих. Один — за рулём, второй на заднем сиденье, в капюшоне. Сердце её сжалось, в груди появилось тяжёлое, острое чувство страха.

— Нет, спасибо, — ответила она как можно ровнее, но голос дрогнул.

Парень не отставал, и тут же, не дождавшись реакции, резко открыл дверь и выскочил из машины.

— Ну ты чё, гордая? Погнали, нормально потусим, не бойся, — ухмылялся он, уже двигаясь к ней, будто не замечая её холодного взгляда и закрытой позы.

Полина почувствовала, как кровь ударила в виски, ноги будто налились ватой, но тело инстинктивно ускорилось — впереди уже виднелся Ботанический сад и свет фонарей у ворот. Там мог кто-то быть, хоть кто-то.

Парень не отставал.

— Ну чё, не ломайся, пойдём! Весело будет!