Книга Тамбовский волк, страница 68 – Виктория Рогозина

— Я не… не знаю, — прошептала она. — Я просто думала только об учёбе. Но можно попробовать.

Макар выдохнул, как будто с его плеч упала целая кладовка ненужного хлама, и мягко, не спеша коснулся её лба своим.

Полина хмыкнула, словно очнулась от наваждения, скрестила руки на груди и строго, почти вызывающе, сказала:

— Вообще-то мужчина должен решать проблему. И я, знаешь ли, очень хочу выбраться отсюда.

Макар вскинул бровь, а потом уголки его губ дрогнули, и он едва заметно усмехнулся.

— Как скажешь, командир, — с ленцой протянул он и, поднявшись, направился к двери. Несколько раз он упёрся в неё плечом, стараясь сбить с петель, но толстое дерево и металлические крепления даже не скрипнули — дверь оказалась крепче, чем выглядела.

— Ну и зараза, — выдохнул он, отряхивая руки. Потом метнул взгляд в сторону узкого окна, осторожно подтянулся к нему, приоткрыл створку и выглянул наружу. Порыв ветра растрепал его волосы, и он обернулся к Полине с лукавой усмешкой:

— Нам повезло. Ниже — гараж. Спустимся прямо на крышу. Два метра — максимум.

— Спустимся? — переспросила она с тревогой в голосе и нервно сглотнула. — И кто первый полезет?

Вместо ответа Макар легко вскарабкался на подоконник и одним ловким движением вылез наружу. Его тело двигалось уверенно, почти кошачье: он цеплялся за выступы, будто знал каждый кирпич на ощупь, а затем мягко и точно спрыгнул вниз, приземлившись на крышу гаража. Посмотрел наверх и, прикрыв глаза ладонью от солнца, крикнул:

— Жди здесь, Кнопка! Сейчас сбегаю за ключом — достану нас по-человечески.

Полина кивнула, хотя он уже отвернулся. Она закрыла окно, на мгновение прижавшись лбом к холодному стеклу, а потом устало опустилась на стремянку. Коленки дрожали — от адреналина, от страха, от… всего этого. Но внутри было спокойно. Макара она знала — если он сказал, что вернётся, значит, вернётся.

Тамбовский волк вытащит их даже из душной бетонной коробки.

Полина сидела на стремянке, обхватив колени руками, и смотрела в полутемную кладовку с отрешённым видом. Воздух был пыльным, пах старой краской и железом, но в этом был какой-то уют — странное ощущение покоя после стремительной суматохи последних часов.

Она вздохнула, опуская голову на колени.

«Что вообще на меня нашло?..»

С тех пор как они с Макаром вновь пересеклись в общежитии, ее эмоциональный фон стал походить на кардиограмму с перегибами: вверх, вниз, вниз, вверх... и снова вниз.

«То хороший Макар, то снова тот же упрямый, грубоватый тип из школы.»

Она слабо усмехнулась.

«Как будто у меня в голове два пульта управления: один говорит — «доверься», другой — «беги». И, конечно, оба не работают одновременно.»

Она покачала головой, пытаясь стряхнуть мысли, но они не уходили.

«Может, это гормоны?» — мысленно предположила она, пожимая плечами. — «Настроение скачет, сердце ведёт себя, как школьник на перемене, а мысли крутятся вокруг одного — Макара. И ведь ничего плохого он за последнее время не сделал… даже наоборот.»

Она снова вспомнила, как он подставил руки, чтобы поймать её, как протянул футболку, не сказав ни слова, как выбрался из окна с той самой твёрдостью, которая всегда смешивалась в ней с раздражением и… восхищением.

С одной стороны, с Макаром — спокойно, по-настоящему. Надёжно. Он как скала: твёрдый, прямой, не всегда деликатный, но если сказал — сделает.