Книга Хирургическое вмешательство, страница 109 – Серена Никки, Наталья Косарокова

— Витя, так я думала, ты поговоришь с Димой, а ты.

— Варя, ты Янке чуть жизнь не испортила. И снова начинаешь? Дима для себя уже все решил, это Яна неуверенная в себе особа, а этот даже поперек нас по-своему сделает, только с нами считаться перестанет. Ты этого хочешь?

— Ну нет, просто как-то скоро все это.

— Глупости лучше по молодости делать, пока розовые очки на носу, а то были бы все такие прагматичные, как ты, Варя, ни один брак в нашей стране не заключился бы, а про детей я вообще молчу.

— Хорошо, так что, завтра регистрация? Я вообще-то не так представляла себе свадьбу сына.

— У девочки траур. Ванечку могут забрать, а ты о пышности мероприятия рассуждаешь. Повенчаем их в церкви через год и тогда сделаем все, как ты захочешь…

— В церкви?

— Дима, — шепнула Марьяна Громову.

— Что? — шепнул он в ответ.

— Какая церковь?

— Наша, православная.

Запросто ответил Дмитрий. Отец приехал и поставил все точки над «i». А все потому, что отец того юриста, с которым консультировался Дмитрий — сын друга Виктора и тоже профессор. Именно он рассказал про Марьяну Громову старшему, а Варя своим поведением только все подтвердила. Дмитрия и Марьяну уговорили остаться ночевать, а для Ванюшки выделили отдельную комнату.

— Дима?

— Что?

— А мы что вместе спать должны?

— Да, про то, что между нами только платонические отношения, папа с мамой не знают.

— И что делать будем?

— Учитывая время суток, спать. На большее даже не рассчитывай, я устал.

— Дима… — возмутилась Марьяна от такой дерзости с его стороны. Он лишь просто хотел разрядить обстановку. Марьяна рисковала погрузиться в длительную депрессию, и Дмитрий знал, как ее отвлечь от грустных мыслей…

— Правда, солнышко, не могу, но если прям сильно хочешь, то я смогу…

— Что ты сможешь?

— Марьяна, кроме шуток. Ложись спать.

— Хорошо, честно говоря, я так устала, что сил нет на выяснение отношений. Тебе помочь расстелить постель? — Марьяна подошла к Дмитрию ближе. — Даже не знаю, как мы это пережили.

Глаза девушки снова наполнились слезами.

— Похороны — мероприятие неизбежное и очень грустное. А самое главное ты должен там находиться от начала и до конца. Ты не обиделась за сцену, которую устроила Ева?

— На кого? На тебя?

— Ну и на меня. Получилось некрасиво, но я не люблю скандалы, тем более в таком месте.

— Я не обиделась. Это же была Ева, бывшая жена Николая Владимировича.

— Да она, именно бывшая жена. Развод это вопрос времени.

— Дим, может отменить все? Я про свадьбу. Ты слишком многим жертвуешь. Я не понимаю твоей мотивации.

— Нам нужно спасти Ванечку, и я тоже этого хочу.

— Ты просто хочешь помочь Ване?

— И его тете. А ее и просто хочу, и, по-моему, больше чем просто хочу.

— Дмитрий…

— Просто Дима, иди сюда.

Громов притянул Марьяну в свои объятия и прижал к груди сильно, но нежно. — Понимаешь, я никогда не верил в любовь и постоянно от нее открещивался. Не знаю, девушки были не те, или я был другим. А сейчас понимаю, что хочу быть с тобой всегда, не смотря на то, что между нами не все гладко, я хочу жениться на тебе не только ради Ванечки. Я хочу, чтобы ты была со мной всегда… Я люблю тебя…

— Но ты же ненавидел меня сначала.

— Я не ненавидел. Ты просто как трактор по сердцу моему прошлась. Все во мне перевернулось, когда ты зашла тогда в ординаторскую. Я еще тогда понял, что попал. Думаю о тебе постоянно и, поверь, не отпущу. Если я хоть немного тебе нравлюсь, не отпущу.