Книга Хирургическое вмешательство, страница 110 – Серена Никки, Наталья Косарокова

— Господи, боже мой. А ты не шутишь? Я так боюсь испытать снова боль. Нельзя так шутить, это не смешно.

— Я не шучу, я серьезен как никогда. Не отгораживайся от меня больше. Я помогу. Мы все преодолеем. Ты же сама не раз видела, как тяжело бывает людям, когда на их головы сваливаются испытания в виде тяжелой болезни или травмы. Я знаю, что главное в жизни и это даже не деньги, а ты, я, Ванечка и то время, которое мы проведем вместе. Я хочу стать для тебя опорой и всегда поддержу.

— Это точно ты? Я думала сначала, что ты циничный и жестокий. Я тебя так боялась.

— Ты знаешь, когда боятся, не позволяют себе выводить начальство из себя, а ты…

— Я не знаю. Ну-ну, просто я такая, какая есть. Мне хотелось, чтобы ты признал свои ошибки. И может, извинился. А ты стремился меня наказать.

— Я хотел тебя поцеловать с самой первой минуты и сейчас хочу того же, — Громов приник к губам Марьяны, и она вдруг перестала испытывать жуткий страх, и пронеслась мысль, что у нее может получиться стать достойной его. Захотелось поступить в институт, наладить свое питание и стать для него самой-самой, но она так боялась, что все это окажется неправдой, и она окажется его не достойной.

Бывает ли любовь безусловной, не за что-то, а просто так?

Громов, наконец, отстранился.

— Ну что, пора спать. Думаю потрясений на сегодня достаточно, и отец появился очень кстати. Я немного опасался его реакции. Папа у меня человек непредсказуемый.

— А он настаивает на браке. Я ему что понравилась?

— Он более самобытный, думаю, да, ты ему понравилась. А вот мама у нас из Санкт-Петербурга. Выставки, театры. Он ее оттуда привез в Ростов. Когда она родила нас с сестрой, то посчитала, что совершила самый главный подвиг в своей жизни. Поэтому ни за что и никогда больше на такое не решится. Ей казалось, если забеременеет, родит тройню, а это может закончиться плачевно.

— Мама у тебя хорошая. Она мне понравилась. Я не чувствую от нее негатива. Да, удивляется, да немного ей неловко, но она все принимает, и истерик не закатывает.

— Ты права, она не скандалистка, я и сам скандалы терпеть не могу, — Громов отправил Марьяну в ванную комнату, а позже освежился сама.

Сегодня Марьяна спала в пижаме, а Дмитрий не стал снимать футболку, чтобы не смущать свою невесту. Несмотря на предстоящую регистрацию, они еще только узнавали друг друга, а потому решили соблюдать пока некую дистанцию.

Марьяна уснула еще до того, как Громов вернулся из ванной комнаты.

* * *

Утро было ранним. По прогнозу погоды день обещали сегодня жаркий и солнечный. В квартире Громова имелся кондиционер, поэтому жара не ощущалась, и просыпаться ну никак не хотелось. Неосознанно во сне Марьяна обняла Дмитрия, а он, так же не осознанно прижал ее к себе плотнее. Они так бы и спали до полудня точно, но отец вошел в комнату без стука.

— А голубки все спят. Господа «курортники» не изволите ли проснуться. Между прочим, у нас регистрация. Я договорился на тринадцать часов.

— Доброе утро. Сейчас уже встаем. Дай нам полчаса, — проговорил сонным голосом Дмитрий. Хронический недосып он себе давно уже заработал, но вставал быстро. Так он сам себя приучил.

— И не секундой больше. Мама там платье купила Марьянке. На свой вкус конечно, но с ней лучше не спорить, она у нас семейный стилист, ты же знаешь.