Книга Метод Чарли, страница 69 – Эль Кеннеди

Рука Елизаветы поднялась к его груди, словно чтобы оттолкнуть его, но вместо этого её пальцы вцепились в его доспехи. Она чувствовала его силу, его первобытную, мужественную мощь, и впервые в жизни она почувствовала себя маленькой. Не слабой, но маленькой перед лицом чего-то большего, чем она сама. Она чувствовала, как её тело распускается, как росистый цветок, умоляя позволить мужскому прикосновению коснуться её лепестков. Она лишала себя этого так долго.

Когда они оторвались друг от друга, её дыхание было прерывистым.

— Ты хочешь, чтобы я сдала тебе своё сердце?

— Нет, — мягко сказал он. — Я бы никогда не стал принуждать. Но я хотел бы, чтобы ты отдала его добровольно.

Елизавета чувствовала тяжесть веков правления, наследие своей короны, давящее на её плечи.

Но в этот момент она хотела только его.

— Я — Королева-девственница, — сказала она.

— Ты — женщина, — повторил Александр. — И ни одна королева, какой бы могущественной она ни была, не должна быть одна. Попроси меня разделить с тобой твои покои этой ночью, Елизавета. Не отсылай меня прочь.

Он поцеловал её снова, медленнее на этот раз. Это было обещанием. Клятвой не только завоевания, но и преданности. Обещанием ухаживать за садом, которым она так долго пренебрегала. Садовником-завоевателем с расплавленным желанием в глазах и кинжалом на поясе, тем самым знаменитым клинком, которым он перерезал глотки и потрошил врагов.

— Александр, — прошептала она.

— Да, Елизавета. Скажи мне, чего ты хочешь.

— Я…

Этот медленный накал мучителен

По вторникам у меня нет пар во второй половине дня, так что я иду домой около полудня и провожу день, валяясь на диване в одних боксерах, смотрю глупые видео на ноутбуке и ем крендельки. Это одна из немногих закусок, которые Уилл держит в доме. Он следует нашему плану питания до буквы, что означает, что никакая вкусная еда не бродит по этим коридорам. Если, конечно, вы не говорите о моём члене.

Я удивлён, что он вообще разрешает крендельки. Я читал состав ранее, и содержание натрия в одной упаковке просто безумное. Но эти крендельки вкусные, так что я не буду выдавать себя Уиллу, рассказывая об этом новом открытии о натрии. Если ему лень читать обратную сторону упаковки, это его проблемы.

Около полудня я наконец отрываю себя от дивана и пытаюсь собрать мотивацию для тренировки. Сегодня кардио. Наверное, мне стоит пойти на пробежку, но погода испортилась. Зима взяла верх над осенью. Так что теперь на улице чертовски холодно.

В такие моменты я жалею, что всё ещё живу в Австралии. Вообще-то, это довольно паршиво со стороны моих родителей — дать мне десять лет великолепного солнца и ни одной метели, а затем перевезти нас в Индианаполис, где метели правят балом. Хотя, я сам решил поступать в колледж в Новой Англии, так что все зимние штормы, которые я пережил с тех пор, на моей совести, а не на их.

Кстати о родителях, папа звонит, когда я натягиваю спортивные штаны. Чёрт с ним, я выйду навстречу ледяному ветру.

— Привет, сынок, — говорит он. — Просто хотел справиться о тебе. Узнать, как ты.

— Всё нормально. Собираюсь бросить вызов стихии и пойти на пробежку.

— Сегодня нет тренировки?

— Была утром.

— Круто, круто.

— Что случилось? — требую я.

— Что? Почему ты думаешь, что что-то случилось?