Книга Измена. Забудь обо мне, страница 11 – Хелен Кир

— Ярослав, сколько мне ждать?

Конечно. Сколько? Когда на часах уже почти десять вечера. Незаметно досадливо дергаюсь. Сколько ты меня сюда вызывать будешь, столько ждать придется. Заебло!

Мне сыновний долг не позволяет зарядить в табло, а порой хочется. Видно, несмотря на устоявшуюся репутацию в семье, совесть все же имеется. Нелюбимый сын, разъебай и ненадежный. Ладно, мне привычно.

Отец сидит в высоком офисном кресле. Смотрит как на проштрафившегося школьника. Как же меня все достало. Не в том пришел, не так сижу, не так веду бизнес. Поднимаю ворот кожанки, упираюсь затылком в подголовник и таращусь пустым взглядом перед собой. В башке плывет.

Туман. Такой злоебучий туман, что продираюсь с трудом. Отец молчит, а мне надо что-то отвечать.

Мне давно не двадцать. Я страдаю по времени, когда можно было встать и хлопнуть дверью. Теперь не получится. Вроде как по статусу не положено.

— Не жди.

— Почему?

— Я тебе еще тогда сказал. По-твоему не будет.

По лицу отца идут нездоровые волны. Знаю, категорически не приемлет отказы, но соррян, блядь. Не в моем случае. Уже давно предупредил, что прогибаться не стану. И я реально не понимаю, почему не дойдет, что лишение денежного довольствия не повлияло тогда. В ответ я замутил свой бизнес.

Пожил с полгода божмом, но поднял на крипте старт и выкупил старый сервис.

— А если я твой бизнес сверну?

Запрещенка пошла, да? Нагло хмыкаю. Ну-ну. Попробуй.

Вот тут хер вы угадали. Конечно, отец может смахнуть меня не задумываясь, против его капитала я щенок. Но он меня тоже знает. Стоять буду до края и за ним тоже. И если сейчас у нас есть хоть призрачная надежда сохранять видимость семьи, то потом болты будут.

— Нет.

Отец раздраженно шаркает по шее.

Бесит его. Ну пусть. Что я могу сделать? Не нравится мне от него зависеть. Разве тяжело понять? Маниакальная идея держать все под контролем у него постоянная. Все должны жить по указке. Если идешь против системы, тебе конец. Но это всего лишь верхушка айсберга, на дне творится полнейший треш. Участвовать в нем не желаю.

— Я не дам тебе полностью выйти из семейного бизнеса. Не для того кампанию основывал, чтобы сыновья творили что хотели.

— И поэтому решил привязать всех внуками? — нагло смеюсь в лицо.

— Дети это основа! Кому предлагаешь передать все? Стервятникам? Чем больше детей, тем лучше.

Он двинулся с недавних пор. Поехал кукушкой окончательно. В скрепы поверил, в древние обычаи ударился. Даже хлеб ему делают в его же пекарне. Короче, потёк мужик чердаком. Мать уже с ума сходит.

— Сергей тебе в помощь.

— У меня два сына.

— Отец! — взрываюсь я. — Не перегибай. Мне твои деньги не нужны. Я сам себе заработаю.

Мой крик ярит его. Это предсказуемо. Только мне больше не десять лет, когда от одного взгляда съеживался. Теперь похер. Пусть хоть жилы полопаются.

— Тебе нужна моя защита!

Мгновенное удушье. Я чувствую вздувшиеся вены. Они сейчас лопнут.

— Мне ничего не нужно.

В глазах темно, но я встаю и хлопаю дверью. На хрен их всех. Ненавижу. Я всех их ненавижу.

Падаю на руль, зажмуриваюсь. Все нормально. Просто это посттравматический синдром. На самом деле отболело давно уже. Все дебильные отголоски, они больше эмоциональные, так что в жопу все.

Перебарываю себя, загашиваю злобу. Искр в глазах становится меньше. Сую в рот сигу и глубоко затягиваясь, зло усмехаюсь. Пусть попробует помешать. Значит будем воевать по-крупному. Я ж урод? Да. Так что с меня взять. В первый раз не выжил, посмотрим, что во второй получится.