Книга Измена. Забудь обо мне, страница 39 – Хелен Кир

— Вот. Передал тебе.

Сует в руки записку.

Я замираю, Ди дает возможность отдышаться и прийти в себя. Она встает и уходит из палаты.

Минут пять не решаюсь развернуть листок. А потом читаю. Подчерк нервный, местами неровный. Бумага с рваными краями, впопыхах видимо писал. Торопился.

Ты ничего не видела от нас, кроме зла. Когда будешь готова, я расскажу о том, что произошло на самом деле. Понимаю, что видеть никого не хочешь. После такого … Прости, Алён. Возьми деньги. Очень прошу. В твоем положении тебе это нужно. Доктор сказала, что ребенку ничего не угрожает. Что ж, я рад за тебя.

Квартира оплачена на год вперед. Запасы будут постоянно пополняться. Счета тоже будут оплачиваться. Ни о чем не волнуйся. Возьми хотя бы это. Ты лучшее, что было в моей жизни. Пусть ты и твой ребенок будут счастливы. На связи в любое время.

Яр.

П.С. Когда будешь готова, только позвони мне …

Она беременная. И Серый утверждает, что это его ребенок.

— Без вариантов, брат, — слова секирой падают. — Я подозревал, что Алёна беременной смоталась тогда. В те дни сексом занимались не раз. Говорил же, манипуляция сработала.

— Что несешь? — отражаю тут же, потому что внутри все противится. Я будто ежа проглотил, он сейчас беспощадно ворочается в горле. Колет, обдирает, вызывает животную тошноту. — Ты срок знаешь?

— Знаю, — уверенно рубит.

— Не пизди! — взрываюсь конкретно. — Ни тебя ни меня близко не подпустили врачи.

Уши взрывает хохот. От его звука непроизвольно стискиваю руль. Не верю. Я из всех сил твержу себе что врет. Получается около трех месяцев или чуть меньше, два с половиной. При условии, если она сразу забеременела. Я бы по любому заметил. Не было у Алёнки ничего подобного. Она даже не поправилась. Так же у женщин происходит, да?

— Утешай себя. Я ее заберу, Яр. А вместе с ней и наследство. Подарю отцу внука, как обещал. Наконец, стану богатым по-настоящему.

— Попробуй, — мрачно смотрю на пелену из дождя перед глазами.

Вероятность, что его, конечно, есть. Но то, что он мой, допустимость такая же. Разве нет? Как Серега узнал вообще об Алёне, не понимаю. И где он в эту минуту трется, куда свалил, я не знаю.

Что сейчас делать. Хочется сжать башку руками, снять с плеч, потрясти и нацедить из нее годных мыслей. Раздрай полный, едва себя собрать могу. У нее кровь. Ебаный-сука! Кровь!

Давить на Алёну дальше? Я уже так сделал, в итоге она чуть потеряла этого ребенка. Заебись, да?

Беременная …

Самое хреновое, что врачи в отказ идут. Никто не взял денег, никто не пошел на сделку, чтобы слить инфу. Какой срок? Что с ней дальше будет? Что со здоровьем? Я ни черта не знаю.

Как паршивого пса прогнали. А еще говорят у нас все можно купить. Можно. Если только девушка согласна. В моем случае ситуация дерьмо. Вышвырнули почти сразу, едва за портмоне полез.

Набираю Серого, чтобы узнать в двадцатый раз о том, откуда он собирает сведения. Кто ему льет? Я в бешенстве. Брат знает больше, чем я. Хотя неудивительно, он маньячил и до этого по-черному. Даже не берет, сука. Бесполезно.

А если мой? А если ребенок мой?

Мысль о том, что Алёна носит нашего общего малыша ошпаривает кипящим мазутом. Жарко, холодно, трясет. Да что за …

Встаю.

Перешагивая через раздолбанную мебель, тянусь к аптечке. Где-то валялось успокоительное. Жру сразу пару штук. Иначе не вывезу. Вяло поднимаю осколки, разную херню по полу собираю, чтобы хоть как-то время занять. Убирать никого не пускаю. Может быть позже. Сейчас пусть никто не лезет.