Книга Умереть не до конца, страница 182 – Питер Джеймс

Мебели здесь вообще не было, только жесткая скамья во всю длину помещения.

— Присаживайтесь, – предложил Гленн Брэнсон.

— Я постою, – ответил Бишоп.

— Возможно, мы задержимся тут на некоторое время.

У Бишопа зазвонил мобильный телефон. Он дернулся, сперва позабыв, что руки его скованы наручниками. А затем попросил:

— Ответьте, пожалуйста, вместо меня.

— Сожалею, сэр, но это запрещено, – сказал констебль Николл, выуживая аппарат из кармана арестованного и сбрасывая звонок. Несколько мгновений молодой детектив изучал телефон, а затем выключил его и вернул обратно в карман Бишопа.

Брайан Бишоп уставился на ламинированное пластиковое объявление, прикрепленное к стене четырьмя полосками скотча. «Департамент юстиции, уголовный отдел», – сообщали синие буквы. Ниже было написано: «Все задержанные подвергаются тщательному личному досмотру. Если при вас имеются запрещенные преметы, сообщите об этом сотрудникам центра».

Затем он прочитал надпись над второй зеленой дверью: «Использование мобильных телефонов в центре временного содержания под стражей запрещено».

Третье объявление гласило: «Всех арестованных в обязательном порядке фотографируют, снимают у них отпечатки пальцев и берут образцы ДНК».

Двое детективов сели. Бишоп остался стоять. Внутри него бушевал гнев. Однако Брайан понимал, что возмущаться бесполезно: он имеет дело с двумя роботами. Нужно сохранять спокойствие и попытаться во всем разобраться.

— Вы можете объяснить, на каком основании меня арестовали? – обратился он к обоим полицейским сразу.

Но как раз в этот момент дверь открылась. Брэнсон вошел первым. Констебль Николл жестом пригласил Бишопа следовать за ним:

— Сюда, пожалуйста, сэр.

Бишоп оказался в большой круглой комнате, над которой возвышался отсек, похожий на центр управления космическим кораблем. Смахивает на декорацию для «Звездного пути», подумал он, удивленный тем, насколько футуристично выглядела конструкция. Она была изготовлена из блестящего серого в крапинку композита, что сразу напомнило ему гранитные рабочие поверхности, которые Кэти выбрала для своей безумно дорогой кухни. Несколько мужчин и женщин, полицейских и охранников, одетых в форменные белые рубашки с черными погонами, работали в отдельных кабинках вокруг центрального отсека. В стенах ярко освещенного помещения располагались прочные зеленые двери, некоторые из них были снабжены смотровыми окошками.

Здесь было тихо и царила спокойная деловая атмосфера. Бишоп заметил, что центральный отсек спроектирован таким образом, что стенки его выдаются в стороны перед каждым рабочим местом, образуя более или менее замкнутое пространство и обеспечивая сотрудникам некоторую степень конфиденциальности. В одной такой кабинке уныло стоял между двумя полицейскими покрытый татуировками бритоголовый юноша в мешковатой одежде. Все это казалось каким-то абсолютно нереальным, сюрреалистичным.

Бишопа провели к центральному отсеку, к высокой мраморной стойке. За ней сидел пухлый мужчина с короткой стрижкой. На черном галстуке золотая булавка с логотипом сборной Англии по регби, который Брайан, будучи держателем акций стадиона «Туикенем», сразу узнал.

На голубом экране монитора, установленного в передней части стойки, чуть ниже уровня его глаз, Бишоп прочитал: