Книга Умереть не до конца, страница 25 – Питер Джеймс

Иначе говоря, если Брайана Бишопа прошлой ночью здесь не было, то кто же тогда занимался экстравагантным сексом с его женой?

И если любовник убил ее – то почему?

А может, все-таки несчастный случай?

Однако след от удушения красноречиво свидетельствовал об обратном. То же самое подсказывала Рою и его интуиция.

Как и многие другие порождения послевоенного строительного бума, Суссекс-хаус, изящное прямоугольное двухэтажное строение, старел не особенно красиво. Архитектор явно находился под влиянием стиля ар-деко, и с некоторых ракурсов это здание напоминало надстройку на палубе небольшого потрепанного круизного лайнера.

Возведенный в начале 1950-х годов как инфекционная больница, Суссекс-хаус занимал тогда выгодное изолированное положение на холме на окраине Брайтона, сразу за пригородом Холлингбери, и архитектор, несомненно, смог во всей красе воплотить свои идеи в этом отдельно стоящем строении. Но в последующие годы все изменилось. По мере разрастания города здание окружила промышленная зона. По непонятным причинам больницу закрыли, а Суссекс-хаус купила некая фирма, выпускавшая кассовые аппараты. Несколько лет спустя его продали производителю холодильников, а затем перепродали финансовой компании «Американ экспресс», у которой, в свою очередь, в середине 1990-х годов его и приобрело полицейское управление Суссекса.

Отреставрированный и модернизированный, Суссекс-хаус был вновь открыт с большой помпой: этакий флагман прогресса, образцовая, оборудованная по последнему слову техники, оснащенная высокими технологиями штаб-квартира Управления уголовного розыска Суссекса. Полиция графства находится на передовом рубеже современного британского правопорядка и все такое. Совсем недавно было принято решение также перевести сюда изолятор и КПЗ, для чего к основному зданию были пристроены два крыла. Несмотря на то что Суссекс-хаус уже трещал по швам, в него до сих пор продолжали переезжать новые полицейские подразделения. Постепенно число сотрудников выросло до четырехсот тридцати человек, тогда как парковочных мест было всего девяносто, поэтому неудивительно, что многие были разочарованы.

Блок для допроса свидетелей – слишком громкое название для двух комнатушек, подумал Гленн Брэнсон. Одна, совсем крохотная, использовалась для наблюдения: в ней помещались только монитор и пара стульев. Интерьер второй комнаты (достаточно большой по сравнению с первой), где сидели сейчас он сам, детектив-констебль Ник Николл и убитый горем Брайан Бишоп, был оформлен таким образом, чтобы успокоить свидетелей и потенциальных подозреваемых – несмотря на две видеокамеры на стене, которые смотрели прямо на посетителей.

Помещение было ярко освещено. На полу плотный серый ковролин, стены выкрашены в кремовый цвет. Из большого окна, выходившего на южную сторону, над плоской крышей супермаркета «Асда» открывался вид на один из кварталов Брайтон-энд-Хова. Из мебели в допросной были три бочкообразных стула, обитых вишнево-красной тканью, и довольно безликий журнальный столик с черными ножками и столешницей из искусственной сосны, который, похоже, купили на распродаже с огромной скидкой.

В комнате стоял особый запах, который бывает в помещениях, где только-только закончился ремонт: ковролин словно бы настелили всего несколько минут назад, а краска на стенах едва успела высохнуть. Однако это впечатление было обманчивым, на самом деле так пахло здесь все время, сколько Брэнсон помнил. Он находился тут всего несколько минут, но уже начал потеть, как и детектив-констебль Николл и Брайан Бишоп. В этом заключалась проблема здания: кондиционеры были просто ужасными, а половина окон не открывалась.