Книга Смерть позвонит сама, страница 47 – Андрей Толоков

— Да что вы? На чем? Автобусы не ходят так рано.

— А на такси?

— Вижу! Вижу, что вы неместный. Такси не тот случай. У нас на Некрасова днем такси не поймаешь, а уж в такую рань – тем более.

— Я вас понял.

Костя достал из стола протокол, записал показания Строковой и проводил женщину к выходу. Затем поднялся в приемную Ильина.

Инна Васильевна с мраморным лицом и со сноровкой робота что-то печатала на машинке. Не отрываясь от работы, она резко повернула голову в сторону вошедшего Немировича и строго спросила:

— По делу?

— Да, – в той же тональности ответил Костя.

Больше вопросов не было. Инна Васильевна энергично кивнула, разрешая войти к начальнику.

— Ты пришел меня напугать? – недоверчиво спросил Ильин.

— Не знаю. Это как вы отреагируете.

— Вижу, что-то выкопал. Гадость какую-то. Да?

— Почему сразу гадость. Надо ехать к Регинскому. Нечипоренко не убивал жену.

— Это чего вдруг такие выводы?

— Вот. – Костя положил перед Ильиным показания Строковой.

Ильин надел очки и внимательно прочитал содержание.

— Ну! И что? – спросил он, прочитав.

— Как что?! Это алиби. Он в момент убийства находился у Строковой. Вы на время обратили внимание?

— Ты меня за придурка не держи. Вижу я время. И что. Ты точно знаешь время убийства Ольги?

— Эксперты установили. Это было примерно в половине пятого…

— Примерно! – перебил Костю Ильин. – И Каракуль тебе то же самое скажет. Не лезь в бутылку, Станиславский. Это, – Николай Иванович потряс в руке протокол, – не доказательства. Только беду на себя накличешь.

— Что теперь?

— Ничего. Занимайся сегодняшним убийством. С тем вопрос решен. Нечипоренко пока посидит.

— Вы что думаете, Николай Иванович, я за Обреза переживаю? Нет! Я переживаю за невинных женщин. Я уже говорил вам. Пока отдувается Нечипоренко, настоящий убийца ходит на свободе. Вы что, не видите, что убийство Ольги Нечипоренко и Пурловой похожи. Не видите?

— Это хорошо, что тебя Каракуль не слышит, – затряс кулаком Ильин. – Он бы тебя порвал на куски. Ты ошалел, Немирович? Чем они похожи?

— Николай Иванович, снимите розовые очки. Мой вам совет, пока не поздно, отнеситесь серьезно к моим словам.

— копируя манеру чтения молодых современных поэтов, читал Немирович.

— А чьи это стихи? – спросила Алена.

— Роберта Рождественского.

— Красивые стихи.

— Такой поэт о женщинах некрасиво не напишет. Ты еще молодая, Аленка, и, наверное, не поняла, что мы, мужики, в этой жизни все делаем только ради завоевания ваших сердец. – Костя взял руку девушки и приложил ее к своей груди. – Слышишь? Я не вру.

Алена громко рассмеялась, да так, что редкие прохожие обернулись.

— Чего я сказал смешного? – Костя шутливо скорчил обиженную физиономию.

— Это я просто вспомнила. Подумала… – Девушка продолжила смеяться.

— Ну так расскажи. Посмеемся вместе.

Алена дернула Немировича за руку и потащила к лавочке, одиноко стоящей под нависшей большой ивой.

— Давай посидим, – предложила девушка. – А то скоро мой дом, а около подъезда я сидеть не хочу.

Константин послушно сел рядом с Аленой.

— Ну как? – спросила Алена, глядя на новенькие чешские туфли Немировича. – Не жмут?