Книга Смерть позвонит сама, страница 84 – Андрей Толоков

Костя жестом спросил у Бариновой разрешение задать вопрос. Любовь Ивановна одобрительно моргнула.

— Николай Павлович, вы успокойтесь. Нам надо разобраться. Если бы Любовь Ивановна считала вас убийцей, вас бы сюда привезли, а не пригласили. Вы сейчас соберитесь с мыслями и попробуйте вспомнить: вы кого-нибудь видели, когда подъезжали к переезду или когда уезжали? Только не торопитесь.

Якимов достал платок, протер лицо и протянул пустой стакан Косте.

— Можно еще воды?

Немирович выполнил просьбу Николая.

— Я когда уезжал, – начал вспоминать Якимов, – то не видел ничего. Туман и страх перед глазами. Она лежит в крови… это совсем не Зиночка. Хорошо, что быстро ушел. Но точно помню, что вокруг никого не видел, только состав подъезжал. Я еще больше испугался и даже побежал. Нет, я никого не видел. Никого.

— А когда ехали к Зине?

— Не знаю. Сейчас я подумаю. – Якимов стал потирать висок. Он зажмурился и пытался восстановить картину того дня. – Я отъехал из исполкома. Там дела были у меня. Потом свернул на мост, мимо вокзала и вдоль железки к переезду. Сколько там? Километров пять до поворота. Ничего особенного не видел. По этой дороге движение не очень. Попадались встречные грузовики. Потом я свернул направо к переезду. Тут меня пропустила «Волга», я по главной ехал, и…

— Стоп! – остановил Якимова Костя. – Цвет «Волги».

— Как и у меня, черная.

— Кто был в машине?

— Водитель. Только водитель.

— Как выглядел?

— Я и не посмотрел. – Якимов опять задумался, вспоминая. – Кепка была, такая хэбэшная, светло-серая. Лицо не помню. Да и зачем мне?

— Номера не вспомните?

— Номера? – Якимов опять пытался восстановить картину прошедших событий. – Нет. Там поворот широкий. Машина поодаль слева стояла. Номера просто не увидеть.

Немирович и Баринова переглянулись. Они, даже не говоря друг другу ни слова, все поняли. Маловероятно, что убийство мог совершить этот человек. К тому же была там и другая машина. Совпадение? Может быть и так, но в такое совпадение верить не хотелось.

— Зачем вы ехали к Короленко? – задала вопрос Любовь Ивановна.

— Я купил ей коробку «Вечернего звона». В вагоне-ресторане утром забрал. Она очень любила эти конфеты. А тут их не достать. Я заказывал в тресте. С поездами передавали. Хотел порадовать Зиночку и помириться. Но…

Якимов опять замолчал. Нервы мужчины не выдерживали воспоминаний о потерянной любимой женщине.

— Они так в машине и лежат, – дрожащим голосом закончил Якимов. – Наверное, растаяли уже. О! – Якимов вдруг раскрыл широко глаза. – Я вспомнил. Тот водитель, ну в «Волге», он был в майке. Да, да! В обычной майке. Я не удивился, подумал, что человеку жарко.

Через несколько часов Якимова отпустили. Прежде осмотрели его служебную «Волгу». Эксперты тщательно просмотрели все закутки. Конфеты на самом деле лежали в багажнике. Они сильно пострадали от жары. На первый взгляд ничего подозрительного в автомобиле не нашли, но Любовь Ивановна попросила Якимова из города до ее особого распоряжения не уезжать.

— Это не он, – решительно сказала Баринова, когда Якимов удалился. – Она для него Зиночка. Сокровище. Конечно, всякое бывает, но опыт подсказывает, что Якимов не убивал. Чего молчишь, капитан?

— Я, Любовь Ивановна, – откликнулся Костя, – начинаю понимать, что общего между этими тремя женщинами. Смотрите: молоды – это раз. Примерно одного возраста. Все либо разведены, либо собираются разводиться. Это второе. И у всех были… скажу помягче, связи на стороне. Нет. Про Пурлову не скажу. Но исключать нельзя.