Книга Вторжение, страница 88 – Сергей Леонтьев

— Значит, тебя внедрили на эту базу с заданием изъять оборудование? – допытывался Андрей.

— Да, или вывести его из строя. Наши перехватили курьера из Москвы, и я под видом курьера вышел на связного, который меня на базу привез. Сначала все хорошо шло, потом столкнулся нос к носу с этим бородатым власовцем, они его Горняком зовут. Власовец меня, конечно, узнал и дал команду арестовать. Я бы отбился, но он, зараза, натравил на меня пленников, они их называют «отдыхающими». В общем, скрутили меня и в подвал.

— А почему тебя сразу не убили?

— Добрый ты, – усмехнулся Воронов. – Они запрос послали в центр, что со мной делать. Ответ долго ждали, слава бюрократии.

— Понятно, ну а в чем идея-то? Чего в итоге они добиваются?

— Власти, конечно, – хотят государственный переворот устроить. Седьмого ноября, прямо на Красной площади.

— Вот с этими оболваненными в зеленых комбинезонах и несуществующими «тарелками»? – удивился Андрей.

— Андрей, ты даже не представляешь, на что эти оболваненные способны. Нечеловечески сильные, быстрые, к тому же не испытывают ни страха смерти, ни сомнений. Я видел, что они на тренировках вытворяют. Плюс психологический фактор: одно дело – десант вероятного противника, другое – инопланетный десант. Хаос, паника…

— Пусть так, но сколько их? Сто – сто пятьдесят? Маловато для серьезного дела.

— Во-первых, наши «Озерки» – не единственный тренировочный лагерь. Мы еще шесть в разных областях выявили. Так что общее количество «марсиан» около тысячи. Во-вторых, пока эти в центре Москвы жуть нагоняют, в столицу по-тихому войдут верные заговорщикам войска. Нашлись, к сожалению, такие. Захватят, как Ленин учил, почту, телеграф, телефон, вокзал…

— Но где Москва и где мы? Как они собираются туда людей и оборудование перебрасывать?

— Я же говорю, нашлись изменники среди военных. В том числе среди командиров полков транспортной авиации.

— Понятно. А почему нам так важно оборудование захватить, если еще шесть баз есть?

— В том-то и дело, оборудование только у нас, в единственном экземпляре. Без него «тарелки» не летают, а без «тарелок» весь спектакль рухнет.

— Ладно, давай подумаем, как нам и рыбку съесть, и костями не подавиться. Есть у меня идея.

В предрассветных сумерках глазам часового явилась странная картина. Из леса вышли и, весело переговариваясь, направились прямо к дому две девушки в коротких шортах и блузках без рукавов. И это при том, что на улице около нуля. Конец октября, не май месяц. Часовой поморгал, протер глаза, ущипнул себя за щеку. Девушки не исчезли, они ему не снятся и не привиделись. Идут себе под ручку, щебечут, стройные, ладные, длинноногие. Поднимать тревогу, звать подкрепление? Да его на смех поднимут – девчонок в шортах испугался!

Между тем девушки подошли совсем близко. Красивые, черт, горячие, наверное, раз в такую холодрыгу в шортах. Часовой почувствовал, как напряглось спереди в штанах.

— Открывай, дядя, – весело сказала первая, с копной густых волос до плеч. – Не пожалеешь!

Часовой оглянулся: во дворе пусто, в окнах тоже никто не торчит. Все спят, ну и пусть себе спят. Он торопливо отодвинул засов, распахнул калитку.

— Заходите, кра…

Договорить часовой не успел. Длинный ствол пистолета уперся ему в живот.