Онлайн книга «Маньяк»
|
К анонимкам подполковник Знамин так же, как и его любимый литературный герой, относился брезгливо и с недоверием. Он еще мог понять доведенного до ручки заключенного, анонимно жалующегося на руководство колонии. Но если ты честный, свободный человек, хочешь помочь милиции задержать опасного убийцу, то приди и расскажи все, что знаешь. Это, в конце концов, твой гражданский долг. Не хочешь или не можешь прийти — напиши, но представься. За годы работы Знамин не раз имел дело с анонимками, и каждый раз изложенное в них искажало действительность, уводило следствие в сторону. В то же время установление автора письма облегчало поиск преступника. Потому что автор анонимки, как правило, прекрасно знал ответы на вопросы следствия. Но капитан Скворцов, хоть и назвал письмо «телегой без подписи», предубеждениями не страдал. Прочитав текст, он радостно потер руки и на недоуменный взгляд подполковника пояснил: — Мне этот докторишка сразу не понравился, это же он к первой жертве выезжал. Наверняка вызов себе подстроил, чтобы какую-нибудь важную улику забрать… И, не слушая возражений, побежал к руководству за ордером на обыск и арест. Была у Знамина слабая надежда на профессионализм и благоразумие начальника отдела, но она не оправдалась. Ордер Скворцов получил. От участия в задержании доктора подполковник отказался, о чем теперь жалел. Не место и не время было проявлять мальчишескую принципиальность. Для полноценного психологического портрета Сергеева важно было самому посмотреть, как тот живет, как реагирует на арест и обыск. Лева Гуров, конечно, поехал бы. На процедурах опознания и на допросе Знамин присутствовал. Ему понравилось, как вел себя Сергеев, как держался, отвечал на вопросы. Говорят, что чужая душа — потемки, но не увидел Знамин в душе доктора темных пятен. Психологические портреты доктора и кровавого убийцы маньяка не совпадали ни по одному параметру. Конечно, окончательные выводы делать рано, еще многое предстояло выяснить и уточнить. Но Знамин был абсолютно уверен, что Сергеев к убийствам не причастен. Улики против него, безусловно, серьезные, но косвенные. Идти с такой доказательной базой в суд, не получив признания обвиняемого, — заранее проиграть дело. Значит, Скворцов будет на доктора всеми силами давить. А как умеют в следственных органах давить, Знамин прекрасно знал. Надо вытаскивать парня, пока не сломали… Подпрыгивая от усердия, зазвонил на тумбочке телефон. «Межгород», — понял подполковник по длинным, тревожным, почти без перерыва сигналам. За размышлениями он почти забыл, что, вернувшись в гостиницу, заказал разговор с Москвой[40]. Поэтому и сел с книгой в кресле у аппарата, ждал связи. Знамин схватил трубку. — Москву заказывали? — спросила телефонистка. — Да, да, заказывал! — Соединяю… — Але, Паша, ты? — раздался сквозь шумы на линии далекий и такой родной голос жены. Глава 21 Весь мир есть театр, а люди в нем актеры. Торжественное открытие нового здания Театра юного зрителя, светлого, беломраморного, похожего на корабль-мечту, совпало с юбилеем революционного праздника. Страна отмечала шестидесятилетие Великой Октябрьской социалистической. Совпадение конечно же не было случайным. Первое строительное управление постаралось и сдало объект на два месяца раньше срока. Стараться было за что — премия светила нешуточная. Красную ленточку на входе перерезал лично первый секретарь обкома партии. Он же вручил под бурные аплодисменты символический ключ от здания главрежу, вышедшему на сцену в образе Буратино. |