Книга Радиация, страница 61 – Сергей Леонтьев

«Тысяча семьсот девяносто девять, девяносто восемь, девяносто семь…»

Два с половиной года назад. Осень 1978 года, садоводческий кооператив в нескольких километрах от города С.

Председатель садоводческого кооператива «Горняк» Олег Дмитриевич Кривцов человек занятой. Садоводческий кооператив – это для души. Ну и общественная нагрузка по поручению месткома. Основная работа и головная боль – главный корпус горного института, где Олег Дмитриевич состоит на должности коменданта. В сентябре начались занятия, и хлопот сразу добавилось. В первую же неделю засорился унитаз в женском туалете. Девчонки бросают туда что попало, несмотря на предупреждающие таблички. В мужском туалете Кривцов навел порядок еще в прошлом семестре: заставил одного студента голыми руками доставать из унитаза все, что там плавало. С женским туалетом в этом плане сложнее. Он, конечно, и девчонок бы заставил очко чистить, но проректор категорически запретил в женский туалет заходить, когда там студентки.

В садоводческом кооперативе сейчас тоже непростое время. Хозяева домиков вернулись в город, приезжают только на выходные, и то не всегда. Сразу активизировались любители поживиться чужим добром. Правда, сад «Горняк» местные стараются обходить стороной. Председатель подрядил на охрану двух бывших уголовников. Да и сам председатель, фронтовик, боевой офицер, в свои шестьдесят легко может с несколькими любителями чужого добра справиться.

В прошлом году сунулись было трое из поселка. Один потом месяц в больнице переломы залечивал. А фото другого в участке милиции среди без вести пропавших висит. С тех пор местные проблем не доставляют, чего не скажешь о «залетных». Поэтому осенью Кривцов часто в саду ночует, лично обходы делает, сторожей держит в тонусе.

Ночи в начале октября холодные и сырые.

Вернувшись с обхода, Олег Дмитриевич снял в прихожей мокрый дождевик и зашел в дом с намерением выпить перед сном граммов сто пятьдесят, чтобы согреться. Сидевший за столом со стаканом чая незваный гость скорее удивил, чем напугал. Да и чего бояться, когда у тебя в руках заряженная картечью двустволка? Удивило то, что дом-то он запер – в этом Олег Дмитриевич не сомневался, с памятью у него все в порядке. И замок на двери не из магазина хозтоваров. Тем не менее за столом сидел незнакомый мужик, нахально улыбался и пил чай из любимого стакана тонкого стекла в серебряном подстаканнике. Взяв наглеца на прицел, Олег Дмитриевич взвел курки и остался стоять у двери. Говорить ничего не стал, пусть стволы за него говорят. С удовлетворением увидел, как улыбка слетела с лица гостя и чуть дрогнула державшая стакан рука. Кого-то Кривцову незнакомец напоминал, только не время сейчас было для воспоминаний.

— Опустите ружье, Кривич!

Председатель кооператива вздрогнул и чуть не нажал на курок. Уже более тридцати лет никто не называл его этой фамилией.

— Опустите ружье, – повторил гость. – Я по объявлению. Вы давали объявление о продаже велосипеда?

Это был пароль.

— Какой вас интересует? Детский трехколесный или взрослый?

Пробормотав ответ, Кривич переломил двустволку, достал патроны. Ружье повесил на крючок, сам подсел к столу.

— Я уже думал, что про меня забыли.

Незнакомец пожал плечами.

— Напрасно, Остап Дмитрович, мы никого и ничего не забываем.