Книга Тенгиз, страница 35 – Лебрута алей Ла

"Напиши."

"Целую."

Убираю телефон.

Смотрю в окно на дождь, который не собирается заканчиваться, и думаю — сколько мужчин сейчас сидят в офисах, смотрят на дождь и думают о женщинах, с которыми изменяют своим жёнам, девушкам, невестам.

Десять процентов? Двадцать? Тридцать?

Статистика говорит — каждый второй хоть раз изменил. Каждый третий изменяет регулярно.

Разница между мной и ими? Они врут. Прячутся. Оправдываются. Виноватятся.

Я просто делаю. Открыто. Честно. Без иллюзий.

Не обещаю верность, которую не могу дать. Не строю отношения, которые разрушу. Не создаю семью, которую предам.

Превентивная измена. Логично. Эффективно. Морально сомнительно. Но честно.

Отец изменял матери двадцать лет. Она знала. Терпела. Прощала. Любила.

Результат? Девятнадцать детей на стороне. Сломанная семья. Инфаркт в пятьдесят два. Сын, который решил не повторять ошибки отца.

Я не изменяю. Потому что не обещаю верность.

Невозможно нарушить контракт, который не подписывал.

Алина замужем — изменяет мужу. Светлана замужем — изменяет мужу. Наталья встречается — изменяет парню.

Все изменяют. Все лгут. Все играют в верность, которой нет.

Я просто не играю. Честно признаюсь — верности не будет. Отношений не будет. Будущего не будет.

Будет секс. Хороший секс. Регулярный секс. Честный секс.

И это больше, чем дают большинство мужчин в длительных отношениях.

Потому что они обещают вечность. А дают рутину.

Я обещаю час. И даю этот час полностью. Без мыслей о работе. Без телефона. Без отвлечений.

Час честности. Час функциональности. Час, когда тело работает на максимуме.

Потом я ухожу. Они остаются. Все довольны.

Система отлажена годами. Работает безупречно.

Измена не исключение в моей жизни.

Измена — константа. Единственная стабильная переменная. Кроме денег. И пустоты.

Которая никуда не девается. Сколько женщин ни меняй. Сколько тел ни используй. Сколько оргазмов ни достигай.

Пустота остаётся.

Но хотя бы на час отступает.

И этого достаточно.

Завтра Алина. Послезавтра Светлана. Через неделю Наталья.

Конвейер работает. Эффективно. Бесперебойно. Бессмысленно.

Но альтернатива?

Альтернатива — одна женщина. Отношения. Обязательства. Ложь о верности. Неизбежная измена. Вина. Скандалы. Развод.

Или хуже — терпение. Как у матери. Двадцать лет молчания. Двадцать лет прощения. Двадцать лет самообмана.

Нет, спасибо.

Я выбрал честность. Жестокую. Холодную. Функциональную.

Но честность.

И если это делает меня ублюдком?

Что ж.

Лучше быть честным ублюдком. Чем лживым праведником.

Возвращаюсь к работе.

Женщины подождут. Всегда ждут.

Потому что знают. Рано или поздно напишу. Приеду. Сделаю то, зачем звали. Уеду.

Как всегда.

Система работает.

Пока работает.

Когда перестанет?

Не знаю.

Пока не перестала.

Этого достаточно.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Двенадцать. Как сто двенадцать. Номер службы спасения.

Знаете, чем отличается моя жизнь от службы спасения? В службу спасения звонят люди, которые хотят выжить. В мою жизнь приходят женщины, которые хотят утонуть. Добровольно. С наслаждением. Без спасательного круга.

А я не спасатель. Я якорь. Тяну вниз красиво. Профессионально. С уважением.

Девять вечера. Квартира Алины на Петроградской. Муж в командировке до пятницы — нефтяник, вахта, месяц там, месяц здесь, удобный график для измены. Дети у бабушки до воскресенья — ещё удобнее. Идеальный тайминг. Космическая точность.