Книга Тенгиз, страница 85 – Лебрута алей Ла

Но реальность — седьмой вагон.

Который ещё не написан.

Который я пишу прямо сейчас.

Каждым выбором.

Каждым звонком.

Каждым шагом.

Не знаю, что будет дальше.

С Викторией — кончено.

С Дианой — может быть дружба. Когда-нибудь.

С собой — начало.

Настоящее начало.

Первый раз за двадцать семь лет.

Страшно?

Да.

Больно?

Очень.

Правильно?

Не знаю.

Честно?

Да.

Впервые — честно.

Поезд прибывает в Москву.

Выхожу на платформу.

Мать ждёт у выхода.

Вижу её издалека.

Седая. Маленькая. Сильная.

Иду к ней.

Она обнимает.

Крепко.

Долго.

— Всё будет хорошо, — шепчет.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что ты попросил о помощи. А это самое сложное. Дальше — легче.

Не верю.

Но хочу верить.

Едем к ней домой.

Марк открывает дверь.

— Привет, — говорит просто. Без лишних вопросов.

— Привет.

Нино выбегает из комнаты.

Два года. Уже бегает. Говорит.

Смотрит на меня.

— Ты братик?

— Да.

— Мама говорила, ты придёшь. Правда пришёл!

Подбегает. Обнимает за ноги.

Я стою.

Не знаю, что делать.

Мать показывает — обними.

Наклоняюсь. Глажу по голове.

Неловко.

Коряво.

Но честно.

Вечером сидим на кухне.

Мать. Марк. Я.

Нино спит.

— Что дальше? — спрашивает мать.

— Не знаю.

— Останешься у нас?

— На какое-то время. Если можно.

— Конечно можно. Это твой дом.

Марк наливает чай. Придвигает ко мне.

— Слушай. Я не лезу. Но если хочешь поговорить — я здесь. Я тоже проходил через дерьмо. По-другому. Но проходил.

Киваю.

— Спасибо.

Ночью лежу на диване в гостиной.

Не сплю.

Но не так, как в Питере.

Не от пустоты.

От странного чувства.

Тепла?

Принятия?

Не знаю, как назвать.

Телефон вибрирует.

Сообщение от Виктории.

Странно. Она не писала два месяца.

Открываю:

"Тенгиз. Слышала от общих знакомых, что тебе плохо. Не буду врать — мне не всё равно. Я зла на тебя. Очень. Но не хочу, чтобы ты страдал. Если нужна помощь — пиши. Не как бывшей. Как человеку. Держись."

Смотрю на экран.

Долго.

Набираю:

"Спасибо. Правда. Сейчас у матери. Разбираюсь с собой. Прости за всё. За боль. За молчание. За то, что не смог. Ты заслуживала большего."

Отправляю.

Ответ приходит через минуту:

"Заслуживала. Но ладно. Главное — разберись с собой. А то так и будешь ломать женщин и себя. Удачи."

Усмехаюсь.

Виктория.

Даже прощая — жёстко.

Закрываю глаза.

Впервые за месяцы.

Засыпаю.

Без алкоголя.

Без снов.

Без страха.

Просто засыпаю.

Утро.

Просыпаюсь от запаха блинов.

Мать готовит завтрак.

Иду на кухню.

Нино сидит на стульчике. Ест блин. Руками. Перемазана вся.

Видит меня. Улыбается.

Сажусь.

Мать ставит передо мной тарелку.

— Ешь. После поговорим.

Ем.

Блины вкусные. Как в детстве.

После завтрака. Мать и я. Балкон.

— Что ты хочешь дальше? — спрашивает.

— Не знаю. Честно. Первый раз не знаю.

— Это хорошо.

— Хорошо?

— Да. Раньше ты всегда знал. Контролировал. Планировал. И был несчастен. Сейчас не знаешь. Но хотя бы честный.

Молчу.

— Знаешь, что я думаю? — продолжает она.

— Что?

— Что тебе нужно время. Без женщин. Без бизнеса. Без суеты. Время просто быть. С семьёй. С собой.

— Сколько времени?

— Сколько нужно. Месяц. Год. Неважно.

— А деньги? Бизнес?

— Артём справится. Ты ему доверяешь?

— Да.

— Тогда доверь. А сам — отдохни. Впервые в жизни.

Остаюсь.

Неделя.

Две.

Месяц.

Живу в их доме.

Играю с Нино.

Помогаю Марку с ремонтом.