Книга Криминалист 6, страница 42 – Алим Тыналин

Томпсон повертел сигару в пальцах.

— А типографский след?

— Хромат свинца Кауфман закупал легально, для легального бизнеса. Типография печатает меню и визитки, никакого закона он не нарушает. Чен установил, что соотношение компонентов в чернилах печати на паспорте Уилки отличается от государственного стандарта на четыре процента. Это указывает на ручное смешивание. Но связать эти четыре процента конкретно с закупками Кауфмана невозможно, пока мы не найдем сами чернила, клише печатей и оборудование в типографии. Иначе это косвенная улика, не прямая.

Томпсон помолчал. Потом сунул сигару в рот и чиркнул спичкой.

— Что тебе нужно для ордера на обыск?

— Физическая улика, напрямую связывающая Кауфмана с производством фальшивых документов. Оборудование, бланки, клише. Или показания непосредственного участника, а не посредника. Уилки покупатель, он конечное звено цепи. Мне нужен тот, кто ездил по загсам и забирал свидетельства о рождении. Штейн имя из журналов выдачи. Если я найду Штейна и он заговорит, этого хватит.

— Наблюдение, — сказал Томпсон. — Сколько?

— Неделя. Может меньше. Если типография работает на поток, клиенты будут приходить.

— Две смены, ты и Паркер. Автомобиль, бинокль, камера. Стандартная процедура. — Он подписал ордер-карточку и пододвинул ко мне. — Если через неделю ничего не увидите, возвращаемся к плану и думаем заново. Я не могу держать двух агентов на наблюдении бесконечно.

Мы начали в понедельник. Норт-Чарльз-стрит в районе восьмисотых номеров, длинная торговая улица, тянущаяся от даунтауна на север к Маунт-Вернон-плейс. Мелкие магазины, парикмахерские, ремонтные мастерские, прачечные, ресторанчики.

На углу аптека «Рид’з Драгстор», напротив похоронное бюро «Марч Фьюнерал Хоум» с белой маркизой и стеклянной дверью. Публика представляла из себя пеструю смесь: служащие, домохозяйки, разносчики, почтальоны. Район смешанный, белые, чернокожие, пожилые итальянцы из соседнего Литтл-Итали.

«Балтимор Принт Сервис» занимала первый этаж двухэтажного кирпичного здания. Фасад неширокий двадцать футов, может чуть больше.

Вывеска над дверью жестяная, синие буквы на белом фоне, потрескавшаяся краска, буква «r» в слове «Print» облезла наполовину. Витрина слева от входа, за стеклом веер образцов продукции.

Меню ресторана с красной виньеткой, визитные карточки в три ряда, рекламный буклет автосалона, пригласительные на свадьбу с золотой окантовкой. Обычная продукция мелкой коммерческой типографии. Справа от витрины дверь с табличкой «Часы работы: 8:00–18:00, понедельник-пятница, суббота до 13:00». На втором этаже два окна с задернутыми жалюзи, на подоконнике засохший фикус в горшке.

Мы припарковались через улицу, в восьмидесяти ярдах, у бровки тротуара перед магазином электротоваров «Сирс». Служебный «Форд» темно-синий, без опознавательных знаков, ничем не отличающийся от сотен таких же машин на улицах Балтимора.

Я сел за руль, Дэйв на пассажирское. На заднем сиденье лежали портфель с биноклем «Бауш энд Ломб» семикратного увеличения, камера «Полароид Лэнд» модели 250 с телеобъективом, блокнот, два термоса с кофе, бумажный пакет с сэндвичами из «Субмарин Хаус» на соседней улице.

Стандартный набор для наблюдения. В тысяча девятьсот семьдесят втором году наружка выглядела именно так, два человека в машине, термос, бутерброд и масса терпения.