Онлайн книга «Никогда с тобой»
|
— Проходи… * * * Владислав Борисович, узнав, что у меня произошло, не выгоняет, а наоборот говорит, что места всем хватит. Что они готовы принять меня, потому что я ему как сын. То же говорит и сам Шолох. На самом деле я счастлив, что у меня есть такой друг. Он ближе, чем родной брат, к которому я не стал бы обращаться при любом, даже самом худшем раскладе. Утром в школе я говорю Лене о том, что ушёл от родителей. Причины не называю, и хотя она сильно переживает, не лезет и не донимает меня с расспросами. Зато Илья с его папой вскоре уезжают на сборы. Оставляя меня в их квартире одного. Илюха даже шутит, что я теперь буду на подобии сторожевой собаки. Поскольку женщины в их доме давно нет, обычно квартира пустует. Мама Ильи давно умерла. И когда я приглашаю туда Лену после уроков, она тут же вызывается убраться и приготовить домашней еды. — Я не буду ничего трогать, просто вытру пыль, помою полы, ладно? Им же тоже приятно будет. — Я помогу тебе. — Ты? — смеётся она издевательски. — Ну да, я... Как тогда в школе, — ржу я, и она ещё пуще заливается. Оба убираемся, разговариваем. Общаемся на отвлечённые темы, пока вдруг... — Это его мама? — спрашивает Лена, рассматривая фотографию на полке. — Да. Я её помню. Но смутно. Хорошая была женщина. Но у неё обнаружили рак, и она умерла, когда Илье было лет десять вроде... — Ужасно. — Да, согласен. — Давай не будем о плохом. Хочешь я пирожки сделаю? Или... Может, жаренную картошку? — Я бы хотел другой пирожок, — отшучиваюсь я, а Ленка шлепает по руке и краснеет. — Дурак! Дёргая её за руку, усаживаюсь на диван, а она гордо сидит сверху, пока я рассматриваю её и лезу руками под белую майку. — Саш... Ну, наверное, это неправильно. Чужая ведь квартира. — Но тут никого кроме нас нет. Расслабься... Лена оглядывается, будто реально кого-то ожидала здесь увидеть, а я... Всё же бесстыдно снимаю с неё майку. Оказавшись передо мной в лифчике без всяких там рюшек и кружев она стеснительно смотрит мне в глаза и молчит, а я лезу за её спину, расстегнуть застёжку. На удивление она позволяет. Чашки тут же слегка спадают, пока её тонкие плечи расправляются, чтобы удержать прикрытие, но я в мгновение нагло дёргаю его на себя и... — Саша... — Скучал по твоей груди... — отбрасываю его в сторону. — Саш... — Ленка снова закрывает глаза, едва касаюсь её ладонями. Сжимаю девственную кожу и чувствую, как твердеют в моих руках её соски. За секунды рядом с ней вспыхиваю. Это и рай, и ад в одном флаконе. Тонкая осиная талия. Красивый пупок на плоском животе. Идеальные розовые торчащие соски на упругой груди, покрытой россыпью мурашек. Я, блядь, в ней тону. Она идеальная вся и везде. Кто создал это совершенство? Это неземное сокровище? Будто специально для меня лепили... Она сидит на мне в юбке и колготках, а я тянусь к их резинке сверху. — Я только их сниму. Обещаю. — Мы снова будем... Это... Делать? — голос дрожит, а карамельные глаза вспыхивают… — Ты не хочешь? — Хочу... Только... Обещай остановиться. — Обещаю конечно. Стаскивая с неё колготки, оставляю её складчатую юбку на месте. Меня даже сильнее возбуждает, когда она сидит на мне в одной этой вещи. — Привстань ещё раз... Рывком снимаю до колен свои брюки, вернув её обратно. Едва она садится сверху, из её губ звучит громкий стон. Знает ведь, что никого здесь кроме нас нет и совсем не жалеет меня и мою сдержанность. Я ведь обещал. Но так хочется большего. Так, сука, хочется. Член упирается в неё, ощущая всю температуру даже через ткань. |