Книга Бесстрашный. Хочу тебя себе, страница 61 – Катерина Пелевина

А, как всем известно, жопа вылезает тогда, когда её не ждёшь.

— Всё будет нормально… Я постараюсь сам урегулировать эти вопросы. Надеюсь, что Кир не будет лезть поперёк.

— Это ведь Кир, — отвечает Соня. — Мне кажется, он никогда не будет отсиживаться в стороне. А я ему не указ…Так что…

Сонька строит наигранную улыбку и уходит, а я остаюсь сидеть и поглядывать на Надю со стороны. На то, как она держит на руках Ярослава. Как плавно двигается, как строит мне глазки. Блядь, да я же тоже не железный мужик…

Мне всего этого не хватает.

А когда рядом такая вот девчонка. Которая реально вставляет. Подстёгивает. Поджигает. Невозможно просто оставаться в стороне.

Руслан Адов: «Ты красивая», — отправляю без зазрений совести и смотрю на неё.

Надежда Волкова: «Ты тоже ничего», — отправляет егоза в ответ и подмигивает мне, но мы резко убираем в стороны телефоны, стоит её братику ввалиться в дом.

Я отвлекаюсь на родню Катерины. Стараюсь больше времени проводить с её младшим братом. Даже выхожу на улицу, рассказывая ему о своей новой тачке. Потому что Пуросанг, на котором мы ездили на свадьбе канул в болоте.

Затем некоторое время я сам держу на руках голубоглазое сокровище.

Наглядеться на него не могу. Вылитый Глеб. Вылитый я.

Сижу на диване с ним и неожиданно ко мне подсаживается Надя. Меня будто током бьёт.

— Расслабься, я просто с вами посижу, — шепчет она, улыбаясь. — Вы такие красивые.

Снова бросаю на неё свой взгляд, а мелкий тем временем уже пригрелся и уснул. Он почти весь день спит у каждого из нас на груди по очереди.

— Хочешь такого? — спрашиваю, и мысленно бью себя по голове. А Надя аж вся пунцовыми красками заливается.

— Да, я уже говорила.

— Извини…Сам не знаю, зачем спросил это…

— Подсознание, Русланчик…Оно хочет со мной ребёнка, — заявляет она, чем заставляет меня заткнуться окончательно…

(Надя)

У Руслана День Рождения через четыре дня… И я хочу сделать ему подарок.

А для этого встречаюсь с Гришей у себя в салоне, чтобы переговорить.

Он единственный человек, с кем я вообще могу поднимать эту тему. И он действительно хороший друг, хороший парень, пусть многим и кажется грубым верзилой.

— Привет, — целую его в щеку, и он довольно лыбится.

— Чего там у вас, рассказывай…Цветок распустился и свёл с ума своего садовника, — шутит он, на что я вся краснею.

— У него ведь День Рождения… Хочу что-то для него сделать, а что не знаю…У Глеба спросить не могу, он взбесится. А ты знаешь его лучше всех.

— Мозги ему подари, — отшучивается он. — А то так и будет от тебя бегать, придурок.

— Не смешно…Ну, Гриша…

— У него дело сейчас. Один персонаж появился, Надь. И тебе лучше, как бы…Выждать. А насчёт Дня Рождения… Ты же знаешь, что у него всё есть. Другое дело забота и тепло. С тобой он немного…перестаёт быть тем самым Русей. Влюблён наш, Ромео…

— Что? — улыбаюсь я. — Неееет…Он не влюблён.

— Влюблён конкретно. Я тебе говорю! — повторяет он, и я вся краснею.

— Правда так думаешь? — улыбаюсь, и он тоже.

— Пипец, вы как школьники, — хохочет он, и внезапно дверь в салон открывается…

А на пороге возникает взбешенный Кир. И как бы я не пыталась урегулировать ситуацию, брат выходит из себя и трескает Грише по носу.

Чувствую себя отвратительно из-за его поведения. Во что за человек? Что было, то в прошлом. Нельзя ведь всю жизнь зацикливаться. Даже я перешагнула, а он всё не может…