Книга История моей жизни, страница 46 – Люси Скоур

— Раз… два… три! — я дёрнула дверь, но та не поддалась.

— Что ж, фактор неожиданности мы потеряли, — заметила Зои.

Нам двоим понадобилось почти двадцать секунд, чтобы справиться с дверью.

Зои тут же снова вооружилась ножкой от банкетки.

— Да? — пропыхтела я, обращаясь к белому парню на моём крыльце, который всем видом походил на медведя.

Он был выше меня всего на 3–5 см, но его грудь напоминала бочку, а плечи были широкими, словно у двух полузащитников, прижатых друг к другу. Его борода доходила длиной до грудной клетки, и он носил штаны с подтяжками поверх футболки с надписью «Абсолютное Бинго Стори-Лейк».

Он окинул нас обеих взглядом, и я готова была поклясться, что я слышала, как он пробормотал что-то вроде «городские чудачки», прежде чем взглянуть на свою доску-планшет с масляными пятнами.

— Хейзел Харт? — ворчливо спросил он с таким неопределённым диалектом, который наводил на мысли о гумбо и болотах Нового Орлеана.

— Эм. Возможно?

Ещё одну долгую раздражённую секунду он сверлил меня взглядом.

— Я Гатор. Привёз вашу машину и вещи к дому, — сказал он наконец, показывая большим пальцем в сторону улицы.

Я посмотрела поверх его массивного плеча и заметила свою помятую арендованную машину позади грузовика «Эвакуатор Гатора». По всей длине грузовика была нарисована агрессивная с виду чешуйчатая рептилия.

(В английском слово «аллигатор» иногда сокращают до «гатор», поэтому, возможно, отсюда эта игра слов или ассоциация, — прим).

— Вы собираетесь попытаться вырубить меня сумочкой и ножкой от стула или подпишете эту бумагу, чтобы я смог вернуться домой? — спросил он, подсовывая мне доску-планшет.

— Вообще-то, это ножка от банкетки для игры на пианино, — подсказала Зои. — И у меня чрезвычайно сильное похмелье, так что я была бы благодарна, если бы вы не вынуждали меня вредить вам.

— Простите. В наше время нельзя быть слишком осторожной, — я потянулась к доске-планшету.

— Погоди. Как твой агент, я не могу разрешить тебе подписывать что-либо. Надо сначала хотя бы притвориться, что это было прочитано, — сказала Зои, забирая у меня доску-планшет.

Гатор перекатился с носков на пятки в своих грязных рабочих ботинках и покачал головой.

— Кэм меня предупреждал. Но послушал ли я? Нет, конечно.

Я не желала выслушивать всё, что Кэмпбелл Бишоп сказал обо мне, моих навыках вождения или о моей городской натуре. Но я также не хотела, чтобы его первое впечатление обо мне стало первым впечатлением всего города.

— Простите, мистер Гатор. Это наш первый вечер на новом месте, и мы немного нервничаем.

— И много убийц уже постучалось в ваши двери? — съязвил он.

В моём многоквартирном доме стучали скорее дети, продающие дурацкую ерунду вроде обёрточной бумаги или крохотного замороженного печенья для школьного сбора средств. Но им я не хотела открывать дверь так же сильно, как и убийце.

— Вот, — Зои сунула мне доску-планшет.

— Можно подписывать?

— Если честно, из-за похмелья слова просто расплываются по странице как детсадовцы в бассейне. Но я уверена, что при необходимости сумею вытащить тебя, — призналась она. — Ты же не пытаешься обмануть мою подругу, а, Гатор?

— Есть лишь один способ узнать.

Закатив глаза, я нацарапала свою подпись на бланке и передала доску-планшет Гатору.