Книга Бывшие. Второй раз не сбежишь!, страница 14 – Дана Дейл

— Я смотрю, ты без меня не скучаешь, да?

Выйдя из душа, увидел мягко говоря не совсем приятную для меня картину. Посреди комнаты, стоит моя невеста. Стоит и размахивает, блять! Трусами, сука!! Женскими блять, красными, кружевными трусами! Видно, эта мелкая стерва решила оставить небольшой сюрприз для моей невесты. Вот, сука мелкая! Знал бы что устроит такую подлянку, бросил бы на скамейке возле клубешника. Помог, твою мать! Робин Гуд, ебанный!

— Интересный фасончик, только вот, не маловаты тебе?

За что я уважал Соню, так это за её холодную уравновешенность. Она не устраивала сцен, не выносила мозг за каждую мелочь, не истерила на ровном месте. С ней было тихо, ясно и по-взрослому удобно. Именно с такими, казалось, и нужно строить жизнь. Но сейчас... Что-то в ней изменилось. Лицо стало чужим, будто из гранита выточено. В её глазах, багровая угроза, и на секунду мне показалось, что она бросится на меня без предупреждения, размажет по стене, и никто ее не осудит. Но Соня не такая. Она берет себя в руки, вжимает гнев внутрь, садится на край кровати и не отрывая от меня взгляда, молча кладёт на покрывало красные кружевные трусы. Всего двумя пальцами. Как приговор.

— Вот это вообще не то, что ты могла подумать.

Сука! Как же обидно, когда я действительно косячил и приводил сюда многочисленных баб, я ни разу не попадался, но бля! Когда ты действительно не виноват… От этого становится ещё хуже. Че объяснять? Что говорить?! Как выкручиваться?! В голове тысяча вопросов, но на один вопрос я уже знал ответ... На вопрос... Что я сделаю с этой запойной козой, которая сейчас так меня подставила.

— Объяснишь?

Да запросто... Извини милая, просто в моей постели спала голая девица, которую я сам по доброте душевной притащил к себе. Которая своим амбре завоняла мне всю спальню. Нормальное объяснение? Не думаю. одно радовало, её дорогущие духи совершенно не пахли. А все почему? Да потому что я вчера ее так под душем промыл, думал растворится под этими каплями. Ну и конечно, я лучше ничего не смог придумать, как свалить все на родного брата.

— Да, это Тим, мудак, сколько раз просил не приводить сюда своих однодневок, наверняка одна из них и забыла эти трусы.

Схватил эти чертовы трусы и швырнул в мусорное ведро, подошел и впился в губы невестушки страстным поцелуем, пытаясь её немного отвлечь. Ещё с ней мне только проблем не хватало. А сам про себя только и думал... Я верну тебе должок, стерва, даже не сомневайся...

На следующий день.

Всю ночь ворочалась, мое тело совершенно отказывалось расслабиться. Внутри было тревожно, будто воздух стал тяжелее, а день нес за собой что-то недоброе. Какая-то тень, которая затаилась у порога. Попробовала отмахнуться от этих предчувствий, бессмысленно в них застревать, особенно когда надо собираться в университет. Быстро встала под душ, словно пытаясь смыть с себя липкую тревогу. Завязала волосы в тугой пучок, нанесла макияж, и сразу переключилась. С макияжем я совсем другая, более собранная, холодная, уверенная. Глаза становятся выразительнее, как будто знают больше, чем готовы сказать. Это не маска, это броня. Из гардероба достала новенькое платье с ярко-малиновым жакетом, не слишком кричащий наряд, но в нём чувствовалась особая энергия.