Книга Бывшие. Второй раз не сбежишь!, страница 320 – Дана Дейл

— Громов, ты будешь дважды папой… Я просто уверена в том, что ты будешь самым лучшим отцом на свете...

С мягкой улыбкой, шепчу ему на yxo.

— Спасибо тебе, моя упрямая, любимая бунтарка.

Несколько секунд Гера молчал, но облегчённо выдохнув, он поднял синие как океан глаза на меня, переплетая крепкие пальцы с моими. Смотря в его такие уже стеклянные от счастья омуты, прислонилась своими мягкими губами к его слегка сухим губам, нежно оставляя на них поцелуй. От понимания что он здесь, рядом, уложила аккуратно голову на его крепкое плечо, где не было повязки, лишь бы не причинить ему ещё большей боли которую он сейчас явно ощущает, а потом, я почувствовала как рука Германа скользнула по моей талии, нагло уже сжимая мою упругую попку.

— Я сейчас вас как школьников по палатам разгоню, устроили тут оргию на больничной койке, все Гер, выпускай из своих цепких лап девушку и на перевязку, а вы Ульяна, под капельницу, которую так варварски сорвали.

Герман, даже не удосужился убрать свои руки с моей попки, он лишь ещё сильнее её сжал и нагло смотрел на врача.

— Жек, я чуть жизни не лишился, думал её больше не увижу никогда, а ты врываешься в самый неподходящий момент.

Подложив кожаную папку под мышку, доктор прислонился к дверному проему и с легкой улыбкой поочередно посмотрел на нас с Герой.

— Слушайте простреленные, вы сначала раны свои полностью залечите, a потом хоть тут в одной кровати спите.

— Серьезно? Позволишь?

Герман игриво вскинул одну бровь вверх, смотря на доктора, нежно подхватил мою ладонь, оставляя на ней трепетный поцелуй.

— По своим палатам, живо!

— Простите, Гер, я пойду, я ещё к тебе зайду.

Проведя ладонью по его холодным щекам, ласково спустилась руками вниз и провела по его плечам, а потом запустила пальцы в волосы и чуть помассировала ему затылок затылок.

— Зайдёт, зайдёт, как только все процедуры выполнит тогда и зайдёт.

Только хотела выйти из палаты, как дверь с грохотом открылась, а в палату на огромной скорости вбежал обеспокоенный Макс.

— Папа! Мама!

Что я ощущала в этот момент? Что я почувствовала когда он назвал меня мамой? Ощутила как по моему животу и душе расползается тепло, тысяча невесомых бабочек поднимает меня высоко на самый пик блаженства. Макс подбежал сначала к Гере, отбил кулачок, а потом резко повернулся в мою сторону и крепко обнял меня за талию, утыкаюсь своим лицом в мой живот.

— Ты сказал мама? Ты назвал меня мамой?

Смотрю на Германа, который сияет от неимоверного счастья и услышанного. Видимо он тоже не ожидал таких слов в мою сторону от сына. А я и сама не верила до конца, приняла все за слуховую галлюцинацию.

— Ты не хочешь чтобы я тебя так называл? Да?

Отстраняется, поднимая на меня огромные глазки.

— Максик, сыночек... Хороший мой. Иди сюда...

Не смотря на свою боль в груди, я присела перед ним на корточки, взяла обе его маленькие ручки в свои, уткнулась своим лицом ему в плечо, крепко прижимая Макса к себе, я уже не могла скрывать своих слёз счастья.

— Теперь, ты самая настоящая для меня мама.

Спустя две недели, наше состояние с Германом значительно улучшилось, так же, я пережила повторную операцию на ребре, мне наконец-то сняли металлические пластины и теперь, остался лишь один небольшой незаметный шрам, который служит для меня самым ненавистным воспоминанием, но я старалась о нём не думать, да и тату его в принципе закрывало.