Книга Бывшие. Второй раз не сбежишь!, страница 52 – Дана Дейл

— Я тебя более не задерживаю! Сказала проваливать! Или ты оглох?

Смотрю в озверелые глаза и застываю. Игорь не прикасается, лишь пристально следит за мной из-под бровей, почти не моргая. Я не боюсь, но внутри всё стискивается. Он наклоняется ближе, горячее дыхание обжигает мои губы. Он хочет поцеловать меня. Я чувствую этот момент, навязчивый, давящий, но я резко отворачиваюсь. Противно. Больно. До тошноты неприятно.

— Я уйду, а ты посиди и подумай, как правильно ты должна разговаривать со своим будущим мужем.

ОТ ЛИЦА ГЕРМАНА.

Оглушающие басы разрывали на части затянутый дымом клубный зал, где толпа пульсировала в такт музыке. На танцполе мелькали девчонки в своих коротеньких юбках. Обнажённые спины, слаженные изгибы… Услада для глаз. Вечер буквально кричал о свободе. Но мне было не до расслабления, рядом, плотно прижавшись ко мне, сидела моя невеста, будто напоминание, что сегодня я зритель, а не участник этого безумия.

— Гер, я думаю пора решать уже что-то со свадьбой.

— Мы куда-то торопимся?

Говорю спокойно, делая глоток обжигающего виски со льдом. Морщусь, вкус жжёт нёбо, но почти сразу чувствую, как по телу медленно растекается тепло, смягчая напряжение внутри.

— Мы любим друг друга, зачем откладывать, или может быть ты не хочешь уже на мне жениться? Ты меня вообще любишь, или тебе просто со мной удобно?

— Я только недавно сделал тебе предложение, не вижу смысла спешить.

— Снова уходишь от ответа... Ты не ответил на мой вопрос.

Соня недовольно фыркает, отпивая глоток напитка ярко-оранжевого цвета.

— Уверена что именно здесь ты хочешь это все обсудить?

Мерзко ухмыляюсь, оглядывая её с презрением, которое уже не хочется скрывать. Последние недели, как пластинка на повторе, «свадьба, свадьба, свадьба». В каждом углу квартиры какая-нибудь ерунда, будто специально, то свадебный журнал лежит как раз на том месте, куда я ставлю тарелку, то болтовня с подружкой, голосом повыше, чтобы я точно слышал о «самых шикарных церемониях года». Всё это как назло. И чем больше всего этого становилось, тем сильнее во мне нарастало сомнение, а не зря ли я вообще тогда полез с этим чёртовым предложением?

— В последнее время тебя как будто подменили, ты со мной рядом, но в тоже время в своих мыслях, что происходит?

— Ничего такого, чего бы тебе нужно было знать.

Покручивая в руке полупустой стакан с обжигающим виски, я уже давно не слышал, что говорит Соня. Мысли были захвачены одной белобрысой занозой, которая засела под моей кожей и гноится. Как её тогда встретил отец? Когда мы говорили по телефону, он чётко дал понять, его терпение лопнуло. Мы с ней не виделись все эти недели, и я, как идиот, раз за разом «случайно» проезжал мимо её универа, надеясь хоть краем глаза увидеть язвительную мордашку. Мне нужно было это, глоток, доза, укол, всё равно что. Без неё я зверел. Её дерзкие, пронизывающие глаза были как спусковой крючок. В итоге я вымещал это в тире, стрелял до онемения пальцев, до глухоты в ушах. На пару дней помогало. А потом накрывало с новой силой. Вновь и вновь.

— Гер? О чем задумался?

Знала бы ты, милая, о чем я думаю… Уверен, ты бы меня прямо здесь повесила за одно всем понятное место. Сижу, смотрю на Соню, а перед глазами совершенно другая. Соболевская. С её наглой мордашкой, огромными голубыми глазами, светлыми волосами… И этот взгляд её фирменный, одновременно вызывающий и испуганный. Он въелся под кожу. И чёрт возьми, не отпускает.