Книга Бывшие. Второй раз не сбежишь!, страница 71 – Дана Дейл

— Не надо…

Шепчу в короткой передышке между нашими яростными поцелуями. Он замирает, а затем медленно склоняется к моей шее. Тонкая кожа откликается дрожью, когда его дыхание касается её. Кончиком носа он легко касается каждой части плоти, словно проверяя, не мираж ли перед ним. И потом медленно, намеренно, тянется вверх вдоль линии шеи, поднимается к уху, будто считывает меня, сантиметр за сантиметром, ловя каждую реакцию.

— Не могу... Ты постоянно перед моими глазами, маленькая ведьма.

Отвечает, тише шелеста, прямо в самое ухо. А я… Будто мир качнулся. Земля, кажется, просто исчезла из-под ног. И этот голос, словно ток прошёл по позвоночнику. Господи… Что происходит? Что со мной происходит? И всё равно я нахожу в себе силы, выныриваю сквозь волну. Поднимаю подбородок, резко, с вызовом, как умею только я. Глаза в глаза. Пусть сам утонет теперь в этом взгляде.

— И я знаю что ты тоже думаешь обо мне...

Ладонь Германа медленно, почти лениво скользит по моему бедру, не прикосновение, а обряд. Мурашки взлетают по коже, как вспышка молнии под кожей. Пальцы касаются края платья, задирая его, движение неторопливое, намеренное, будто он наслаждается каждым миллиметром. Его рука поднимается выше, у меня перехватывает дыхание. Грудь вздымается чаще, ниже живота будто стягивает теплом, сладким до дрожи. Он доводит меня до грани, ловко, мучительно, с той самой силой, от которой внутри всё кричит. Я знаю, как звучит это всё. Я помню, у него есть невеста, у меня, жених. И всё равно. Всё равно! Сейчас мне нужен только он. Его тело, его руки, его сумасшедшая близость. Ни совесть, ни здравый смысл, ничто не может остановить это желание, которое уже не поддаётся контролю.

— Ты отравила мой мозг своим присутствием, настолько глубоко, что я готов трахнуть тебя прямо сейчас...

Герман резко срывает мои кружевные трусики и прячет их в карман брюк. Это безумие какое-то! Его палец касается моего пульсирующего клитора, заставляя меня моментально реагировать на его прикосновения, а я уже во всю закатываю глаза от удовольствия.

— Ммм…

— Ненавижу тебя и одновременно подыхаю, когда тебя нет рядом, стервоза.

— Я тоже…

Он снова накрывает мои губы своими, жадно, требовательно, почти с яростью, не давая ни звука вырваться наружу. Я задыхаюсь в этом поцелуе, в этом моменте, где воздух уступает месту жару. Но внезапно, всё обрывается. Его тело замирает. Я ничего не понимаю, пока не слышу, рядом, совсем близко, голос. Женский. Как выстрел в тишине. Мы оба замираем, дыхание сбито, мысли пульсируют в висках.

— Герман, любимый, ты здесь?

ОТ ЛИЦА ГЕРМАНА.

Услышав неподалёку голос своей невесты, я с трудом оторвался от этих чертовски манящих губ Ульяны. Чёрт… Ну конечно, вовремя, блядь! Прижался лбом к её влажному, горячему лобику, пытаясь хоть немного усмирить это дикое, рваное дыхание, которое никак не хотело подчиняться.

— Сука!

Делаю глубокий вдох, бесполезно, ни хрена не помогает. Сердце колотится, как у чёртового одержимого. Мало. Сука, катастрофически мало этой бешеной, взаимной близости. Почти животной. Чувствую, как напряглась в моих руках маленькая язвочка, дерзкая, острая, такая живая. А у меня всё, крышу сносит. Член стоит колом, кажется, к херам сейчас просто прорвёт плотную ткань джинсов.