Книга Я тебя сломаю, страница 21 – Анастасия Князева

Я снова невольно заглядываю за его спину.

Чудовище лежит без движений, из его разбитого носа сочится кровь, он жалобно скулит и отмахивается от неизвестно откуда взявшихся охранников Тагаева.

— Не надо, не на что там смотреть. Он получил за то, что пошел против меня. Ты тут не причем, поняла?

Киваю, потому что все еще не могу сказать ни слова. Язык словно прилип к нёбу и отказывается шевелиться.

— Идем, отвезу тебя домой.

Мужчина встает, заводит руки за спину и выжидательно смотрит на меня. Так внимательно, по-хозяйски. Сканирует вдоль и поперек. Но почему-то меня это не пугает. От него веет уверенностью и силой, которые наоборот, успокаивают. Я чувствую, как расслабляюсь рядом с ним. Есть в нем что-то свое, родное… Словно я знаю этого человека всю жизнь. Так странно…

— Не надо домой, — осмеливаюсь заговорить. — В больницу… П-пожалуйста.

Он меняется в лице. И без того черные глаза вдруг становятся совсем мрачными, наливаются кровью. И тут мне становится не по себе. Мороз пробирает до основания. Хочется отвернуться, отвести взгляд, исчезнуть. Лишь бы не видеть этой вселенской злости. Не быть ее причиной. Никогда.

Мужчина с шумом вздыхает и выплевывает сквозь зубы какое-то ругательство на незнакомом мне языке.

— Он все-таки ранил тебя. Сука.

— Н-нет… все нормально. Правда, — хотя дышать мне все еще тяжело, да и щеки болят там, где он меня трогал. Но это не критично. Синяки можно будет замаскировать, главное, чтобы папа не видел.

— Тогда зачем в больницу?

Я медленно встаю, стараясь не лишний раз двигать туловищем. Кое-как принимаю вертикальное положение, заставляю себя улыбнуться.

— К папе. Если вам неудобно, ничего страшного. Я доеду на такси.

— Девочка, ты ненормальная? Какое к черту такси? Ты время видела? Я сам тебя отвезу.

Тяжелый взгляд черных глаз пригвождает меня к месту. Так, что даже дышать не смею.

Тагаев жестом приказывает своим людям подогнать машину и через несколько секунд рядом с нами останавливается огромный внедорожник.

— Запрыгивай, — велит сухо, сам обходит автомобиль и садится за руль.

Господи, во что же я ввязалась? Хочется развернуться и бежать в обратном направлении от всех этих мужчин, всего, что их окружает. Вернуться в свою прежнюю размеренную жизнь и больше никогда, — никогда! — ее не терять.

Но вместо этого я почему-то залазию на пассажирское сидение и, стараясь не обращать внимание на проживающий взгляд мужчины, пристегиваю ремень безопасности.

Машина плавно трогается с места.

— Что с твоим отцом? — голос звучит сухо, без особо интереса, но инстинкты мне подсказывают, что в любом случае ему надо ответить.

— Почки.

— Ты поэто в Москву переехала? — все тот же безэмоциональный скучающий тон.

Киваю.

Остаток пути преодолеваем в тишине, только слышно, как тихо урчит двигатель.

Тагаев тормозит перед больницей, я быстренько тянусь к двери, но голос за спиной заставляет замереть на месте.

— Как давно ты знакома с Брагиным?

— Знакома? — недоуменно округляю глаза. С чего он это взял? — Я видела его впервые в жизни.

Секунду между нами висит напряженное молчание.

— Интересно, — наконец произносит Тагаев. — Видимо перепутал тебя с одной из своих девчонок.

От будничности его тона по позвоночнику пробегает холодок. Я даже думать не хочу, сколько у него этих самых «девчонок».