Книга Я тебя сломаю, страница 23 – Анастасия Князева

Во рту сухо, ужасно хочется пить.

Поворачиваю голову набок и делаю еще одну попытку проснуться. На этот раз успешнее.

Первое, что я вижу — белую прикроватную тумбу, на которой стоит стеклянный графин с водой и два красивых прозрачных стакана.

Рот тут же наполняется слюной, я невольно сглатываю.

Пытаюсь приподняться, но тело, словно деревянное, не дает сделать и этого.

Горько вздыхаю и снова падаю на подушки. Смотрю по сторонам. Отрешенно, не совсем понимая, что происходит. Подмечаю светлые однотонные стены, белоснежный потолок, лампу, что так больно бьет по глазам. Справа от меня диван с синей обивкой, шкаф для одежды. Слева — та самая тумба, большое окно, завешанное бледно-голубыми жалюзи. Напротив — плазменный телевизор.

Не понимаю, как я здесь оказалась?

И… что со мной случилось?

И именно этот вопрос отрезвляет.

Подпрыгивать на месте. Хвастаюсь за больную голову и морщусь. Комната перед глазами плывет, переворачивается с ног на голову. Сжимаю изо всех сил виски и пытаюсь прийти в себя.

Пытаюсь вспомнить.

Хоть что-нибудь…

Но пусто.

В голове туман. Густая тяжелая поволока, которая давит, давит без конца, ломая изнутри.

Поднимаю голову и снова смотрю по сторонам. Палата. Я точно в больнице, хоть и очень дорогой. Не той, где лежала раньше.

Цепляюсь за эту мысль, как за спасательный круг. Отлично. Я знаю, что лежала в больнице. Авария… Точно! Мне говорили, что я пострадала в автокатастрофе. А еще… я точно помню свое имя. Помню, что была на приеме у врача. Он велел не прекращать лечение, а потом…

А что было потом?

Пустота.

Воспоминания обрываются, словно кто-то невидимый взял и вырвал их из моей головы. Оборвал все нитки.

Но… кто?

Ничего не понимаю.

Так и сижу в прострации, пока дверь палаты не открывается. Внутрь заходит молодая женщина в синем медицинском костюме. Она сразу же бросается ко мне.

— Арина Леонидовна, вам еще рано вставать. Ложитесь немедленно, — надавливает мне на плечи, заставляя подчиниться. Укрывает. А я слишком слаба, чтобы сопротивляться.

— Вы знаете, как меня зовут?

— Конечно, — она смотрит мне прямо в глаза. — Кто же вас не знает.

Мне кажется или в ее голове я слышу издевку? Это ранит.

— Простите… но я не понимаю. Вы можете позвать врача? Я… я хочу поговорить со своим врачом, — повторяю с нажимом, потому что понимаю — от нее мне ничего не добиться.

— Сейчас. Только лежите смирно. Не хватало нам еще одного скандала из-за вас.

Разворачивается и выходит, так и не оставив мне шанса на расспросы.

Вместо того, чтобы прояснить ситуацию, медсестра еще больше меня запутала. А еще мне непонятно ее отношение ко мне. Словно я сделала ей что-то плохое. Час от часу не легче.

Вскоре дверь снова бесшумно открывается и на этот раз в палату заходит мужчина в белом халате.

— Добрый день, Арина, — проходится по мне глазами. — Меня зовут Константин Михайлович, я ваш лечащий врач. Как вы себя чувствуете?

— Н-не знаю. Я ничего не помню, — признаюсь честно.

— Интересно, — доктор проходит вперед и открепляет с кровати небольшую планшетку, листает ее несколько секунд. Я все это время не отвожу от него взгляд. Сама не понимаю, что хочу в нем увидеть. — Вы можете присесть? Мне надо вас осмотреть.

— Конечно.

Доктор помогает мне подняться, проводит какие-то манипуляции с моими глазами, проводит общий осмотр, попутно внося записи в историю болезни. Хмурится, кивает своим мыслям.