Книга После развода. Муж бывшим не бывает, страница 85 – Анна Томченко

Я даже не садилась, не открывала его, просто констатировала, что он есть, и автоматом переслала своему юристу. Нет, я знала, что Градову можно доверять, но не в контексте развода, когда идёт раздел имущества.

Он юрист Глеба, и плевать, что первый раз на встрече присутствовал какой-то другой мужчина. А сейчас Градов взялся за эту работу, значит, он будет выполнять её хорошо и немного лучше.

В обед я словила внезапное ощущение того, что как-то немного выпала из жизни, потому что мою машину пригнали с автосервиса, я стояла, рассматривала бочину, капот и не верила своим глазам, такое чувство, как будто бы не была она в аварии, и все было вообще шикарно.

Ближе к четырем мне позвонила юрист и стала объяснять, что ещё можно включить в договор. Я все это быстро записала и перезвонила Градов.

— Если ты сегодня не занята, можешь подъехать, переговорим, все обсудим сразу составим, сразу подпишем уже с имеющимися правками.

Выезжать никуда не хотелось, но мне все равно надо было выбраться в город для того, чтобы оплатить поставщикам все счета по работе. Поэтому, в принципе, я не видела никакой проблемы в том, что мы могли бы встретиться где-то после семи.

Кристина ходила сама не своя, слишком нервная от радости и взбудораженная, но я старалась сейчас её не цеплять, пусть находится с детьми, пусть радуется детям.

Сама же собралась и, косо посмотрев на авто, покачала головой, пожалуй, ещё я не готова садиться за руль, да и ребра, несмотря на то, что вроде бы как бы должно становиться лучше, продолжали набрасывать ошмётки боли.

Почти вызвав такси, я все-таки передумала: раз появилась возможность ездить на машине, надо ей пользоваться, а то потом ещё неизвестно, что будет. Закинув сумку на заднее сиденье, я села в тачку и тихонько выехала со двора, предупредила Крис, чтобы никому не открывала, у меня есть ключи, у отца от домофона, как выяснилось, тоже есть ключи, и от сигналки. Но когда я приехала к Градову, и он положил мне новый проект договора, то я сильно призадумалась.

— Почему? — Спросила я у Павла, поднимая глаза.

Он демонстративно вскинул бровь, намекая на то, что ему нужны ещё какие-то факты для того, чтобы ответить на вопрос.

— Он же не хотел ничего отдавать, он хотел судиться, он хотел, чтобы у нас все это затягивалось. Я не понимаю, что заставило Глеба в один момент так резко переменить все своё отношение к ситуации, к разводу в целом.

Паша глубоко вздохнул, набил быстро сообщения на компе, уточнил у меня, хочу ли я чай, если честно, хотелось лоботомию. Но я все же согласилась на ромашковый травяной, и, пока мы ждали, Паша наконец-то соизволил ответить.

— А ты знаешь, иногда так происходит...

— Что приходит?

— Понимание бессмысленного.

Я зажмурилась и тряхнула головой.

— Серьёзно. Бывают ситуации, когда уже бессмысленно доказывать собственную правоту, потому что ты прекрасно понимаешь, что облажался сам, бывает бессмысленно причинять боль человеку, к которому ты испытываешь какие-то тёплые, очень нежные, трепетные чувства, и бывает уже бессмысленно пытаться спастись из корабля, у которого пробито дно. Не можешь возглавить все это безобразие — значит, маневрируй.

— что произошло за это время, которое ему понадобилось, чтобы передумать, — не могла отвязаться я от Паши, но тот пожал плечами.