Книга Развод. Исцеление любовью, страница 28 – Юлия Василевская

— Ой, — вырывается у меня, боль меня немного отрезвляет, я понимаю, что не сплю и мне предлагают баснословные для меня деньги, хотя для автомобильной компании наверняка это гроши. Они больше заинтересованы, чтобы их промах не получил огласки.

— Что? — спрашивает Артем, в его голосе слышится легкая паника.

— Ой, нога очень болит, — нахожусь я, — вы правы, страдания я пережила еще те…

У меня и в мыслях не было торговаться, но Артем понял это по своему.

— Понимаю, тогда я думаю мы можем увеличить эту сумму вдвое, будет справедливо.

И снова я теряю дар речи.

— Елизавета Викторовна, соглашайтесь, это хорошее предложение, если подадите в суд получите столько же, но судебные тяжбы могут затянуться на долго. А здесь сразу, живые деньги. Можете отправиться в круиз, на лечение, да куда угодно.

— Хорошо, — как можно невозмутимее отвечаю я, как будто мне каждый день миллионы на блюдечке приносят, — но вы точно сняли все эти бракованные машины с продажи? Я не хочу чтобы еще кто-то пострадал!

— Честное слово, — говорит Артем, — завтра мы покажем вам все документы, сами убедитесь. Это не в наших интересах, чтобы люди на наших машинах разбивались.

— Тогда диктуйте адрес! — говорю я, — завтра буду.

Артем диктует мне адрес и я кладу трубку. Вот это поворот! О таком я даже мечтать не могла! Я… я же теперь миллионерша, я могу выкупить у Андрея дом. Да что там! Я могу построить новый дом!

— Лиза?! — кто-то трясет меня за плечо. Я непонимающе смотрю на маму.

— Что случилось, дочка?! — испуганно спрашивает она, — сидишь, как пришибленная, на вопросы не отвечаешь…

— Ох, мам, — я крепко ее обнимаю, — теперь я знаю, что от меня нужно было Пашке.

Лиза

— Сожалею, Елизавета Викторовна, но дом отсудить не удалось полностью, приняв во внимание все обстоятельства, одну десятую долю суд присудил вашему супругу. Но зато мы смогли определить порядок общения с ребенком. Ваш бывший муж может видеться с сыном два раза в неделю, по два часа под вашим присмотром. Забирать его куда-либо он не имеет права, — говорит мне Иннокентий Васильевич, седовласый адвокат, которого мне нашел Арсений, вместо жадного и хитрого Пашки.

Мы сидим в кафе, я, Арсений и адвокат. Теперь встречи с адвокатом проходят только под присмотром Воронцова. Да и остальные встречи тоже…

Куда бы я ни пошла, Арс тут как тут, следит за мной не хуже сторожевого пса, объясняет это заботой, но подозреваю, что просто собственник. С этим надо будет что-то делать, если мы и дальше собираемся строить отношения. Я не потерплю бесконечной слежки, но это потом. А сейчас… сейчас я наслаждаюсь вниманием и заботой мужчины, которого люблю.

Я уже и забыла, как оно, когда ты настоящая женщина, тебя заваливают цветами, подарками, на ручках через лужи переносят, в рестораны и кино водят. Может быть, когда нибудь я от этого устану, но не сейчас.

— Да ничего страшного, — отмахиваюсь я, — я могу выкупить его долю.

— Да, но тут проблема, — хмурится адвокат, — Андрей Иванович наотрез отказывается продавать свою долю.

— Как это? — говорим хором мы с Арсением, — почему? Зачем ему одна десятая дома?

— Дословно: “Лучше цыганам продам, чем ей”, так и сказал.

— Ничего, Лиза, не переживай, — Арсений успокаивающе кладет мне руку на плечо, — я все решу.