Книга Запретный плод. Невеста в залоге, страница 58 – Альма Смит

Он не брал с собой в новую жизнь почти ничего. Только вину. И странное, необъяснимое чувство, которое он не решался назвать даже про себя. Не гордость. Не сожаление. Что-то вроде… тихого уважения к тому, что он сам и создал, и не смог сломить окончательно.

Где-то там, на окраине города, в маленькой комнате, засыпала девушка, которую он сломал и заново собрал, уже по-другому, непредсказуемо для него самого. А здесь, в центре, засыпала его империя и его старая жизнь.

Две параллельные линии, пересекшиеся однажды со страшной силой, теперь расходились навсегда. Каждая — нести свою ношу. Его — вину и одиночество. Ее — тяжелую, выстраданную свободу и шрамы, которые уже никогда не исчезнут.

Но в этой разлуке была странная, трагическая завершенность. Их история, начавшаяся со царапины на машине и долга, который нельзя было оценить в деньгах, наконец была оплачена. Ценой, которую никто из них не мог подсчитать. И теперь им оставалось только жить. Каждому — в своем новом, пустом и без него (без нее) мире.

Прошло полгода. Зима сменилась весной, грязной и слякотной, а та, в свою очередь, — жарким, душным летом. Время на дне текло иначе, оно было вязким и тягучим, но оно текло. Я больше не была той затравленной тенью из закусочной. Я была Алисой, менеджером по приемке товара в ООО «Акватех». Звучало скромно, но для меня это был титул, добытый в бою.

Работа приучила меня к дисциплине, к четкости, к тому, чтобы мой внутренний хаос не вырывался наружу. Я научилась носить простую, но чистую офисную одежду — брюки, блузки, свитера нейтральных цветов. Научилась делать незаметный макияж, скрывающий синяки под глазами от бессонницы. Я говорила мало, но по делу. Коллеги перестали смотреть на меня как на диковинку. Для них я стала просто немного замкнутой, но очень исполнительной Алисой, которая никогда не опаздывает и не делает ошибок в отчетах.

Я сняла комнату получше — все в том же спальном районе, но уже не у пенсионерки, а в относительно свежем доме. Комната была маленькой, но с собственным санузлом и даже балконом. Я купила несколько комнатных растений, простой коврик, пару картинок в рамочках для уюта. Здесь пахло моим мылом, кофе и свежестью, а не безнадежностью.

Я записалась на вечерние курсы по бухгалтерскому учету. Мозг, долгое время занятый только выживанием и саморазрушением, с жадностью ухватился за новую информацию. Цифры, проводки, балансы — это была другая вселенная, строгая, логичная, безэмоциональная. Идеальное убежище. Я возвращалась с курсов за полночь, валилась с ног от усталости, но засыпала мгновенно, без кошмаров.

Я строила новую жизнь. Кирпичик за кирпичиком. Без спешки, без пафоса, просто потому что другого выхода не было. Это была жизнь в режиме экономии — эмоций, сил, денег. Но это была жизнь. Моя.

Я почти не думала о прошлом. Оно стало похоже на черно-белый фильм ужасов, который я когда-то смотрела, но сюжет уже подзабылся, остались лишь общие ощущения. Иногда, в метро или в очереди в магазине, я ловила на себе чей-то взгляд и внутренне сжималась, ожидая узнавания, оскорбления, удара. Но удара не приходило. Мир, казалось, действительно забыл обо мне. Или ему было не до меня.

Пока однажды в офисе не зазвонил телефон. Я сидела за своим столом, сверяя приходную накладную, когда зазвенел мой рабочий аппарат.